– Когда ж там, на небе, водица-то кончится! – бурчали матросы, поддерживая то и дело затухающий костер. – Так всю землю затопить можно! Будем потом, как первоотец Ной, к горе Араратской плавать!

На шестые сутки, когда за завтраком был поделен последний кусок солонины, а очередная попытка поохотиться на коз не увенчалась удачей, Броневский решился на попытку вырваться с голодного острова. Матросы единодушно поддержали:

– Не подыхать же нам тута с голодухи. Авось повезет, прорвемся!

Броневский уже давно заприметил домик на другой стороне залива и теперь решил попытаться пересечь залив, чтобы добраться хотя бы до него, потому что до фрегата было слишком далеко и опасно. Но едва, несмотря на сильный накат, отвалили от берега и поставили зарифленный парус, как резким порывом ветра баркас завалило на борт и, наверное, перевернуло бы, если бы в этот же момент не порвало парус. Баркас все же встал на ровный киль. Кое-как добрались до противоположного берега, нашли спокойную бухточку, зашли в нее, вытащили баркас на берег. Оставя на берегу караул, Броневский водрузил на плечо тяжеленный мушкет и возглавил свой маленький отряд. Когда моряки в тягостном молчании взошли на прибрежную возвышенность, то замерли от неожиданности. Прямо у их ног в долине раскинулось большое селение, окруженное виноградниками. Все об-радованно закрестились:

– Господь за голодуху нашу и изобилие послал! Не зря, видать, постились!

Сразу прибавив шагу, двинулись к домам. Внезапно Броневский остановился. Следом за ним встал и весь отряд.

– Чтобы поесть, надо купить еду, а чтобы ее купить, нужны деньги! – сказал он как бы самому себе и принялся ожесточенно рыться в карманах.

Вывернули свои карманы и матросы. Однако ни один не нашел у себя ни копейки. Кто думал, отправляясь в каперство, что надо захватить с собой деньги? Радости заметно поубавилось.

У крайнего дома моряки нашли старика, который объяснил, что селение это зовется Жупано. А правят здесь канцлер, губернатор, сенатор и помещик.

– Не много ли для одной деревни? – удивился Броневский. – Нам в самый раз! – возразил старик.

Решив, что лучше всего дело иметь с губернатором, мичман послал к нему гардемарина Мишу Баскакова. Вскоре тот вернулся и сообщил, что Броневского ждут. Едва войдя в дом губернатора, Броневский с удивлением узнал, что канцлер, губернатор и сенатор с помещиком – это все одно и то же лицо.

– Для чего вам столько титулов? – не удержавшись, спросил мичман.

– Для солидности! – важно ответствовал хозяин. Затем канцлер-губернатор ни с того ни с сего завел нескончаемый разговор о проблемах франко-российских отношений. Голодный мичман, кивая головой, думал только об одном: когда же ты иссякнешь и предложишь мне хотя бы кусок хлеба! Но собеседник был явно неиссякаем. Положение неожиданно спасла губернаторша, миловидная дама средних лет. Войдя, она предложила Броневскому чашку кофе.

– Конечно! – торопливо кивнул тот, густо покраснев за свою неучтивость. Служанка принесла чашку кофе, но к кофе больше ничего не подали.

Делать нечего, пришлось пить пустой кофе под разглагольствования об осложнениях австро-французских отношений. Наконец, вернулась хозяйка и сказала, что она уже распорядилась покормить матросов, а господина русского офицера через десять минут приглашают к столу. Володя, встав, подошел к зеркалу. Глянул на свое отражение и мысленно ужаснулся. С зеркала на него смотрел рыцарь плачевного образа с небритой и закопченной от дыма костра физиономией, в измятом и грязном мундире, в изодранных сапогах.