Приближалось время взлета, и Рене с детьми наблюдали за обратным отсчетом по телевизору, сидя в безопасном доме в компании Уэйнрайта и фотографа из «Лайф». Потом дети выбежали и стали наблюдать за медленным подъемом ракеты через телескоп, установленный на крыше гаража. Ребятишки, похоже, толком не понимали, что происходит. Полет – это то, что делал их отец. Они были в прекрасном настроении… А теперь они следили за вхождением в атмосферу – тоже по телевизору. Был включен канал Си-би-эс. На экране появился Уолтер Кронкайт – Рене его знала. Кронкайт был ярым поклонником астронавтов, и на то у него имелись личные причины. Он занял свое нынешнее положение среди телеведущих благодаря тому, что освещал полет Джона Гленна. Кронкайт как раз объяснял, какие проблемы с топливом испытывает Скотт при вхождении в атмосферу. Затем голос Кронкайта начал звучать все более и более озабоченно. Они не знают, где сейчас находится Скотт. Они не уверены, что он начал вхождение в атмосферу под правильным углом. Внезапно голос Кронкайта дрогнул, на глаза навернулись слезы:

– Я боюсь, что… – Он запнулся. Глаза его блестели. – Я боюсь, что мы, возможно… потеряли астронавта…

Этот человек действовал на уровне инстинктов, которые у него оказались безупречными! Это была сама Пресса, Светский Джентльмен: правильные эмоции – и никаких лишних слов! Дети Рене спокойно смотрели на экран. А сама она ни на мгновение не поверила в гибель Скотта. Она вела себя, как обычная жена военного летчика. Если муж просто исчез и труп не найден, значит, он жив и со всем справится. Нечего и сомневаться. Рене был известен случай, когда грузовой самолет рухнул в Тихий океан и разломился надвое, причем задняя часть тут же пошла ко дну. Удалось спасти только нескольких человек из передней части, которая оставалась на плаву несколько минут. И все же жены летчиков, находившихся в задней части самолета, отказывались верить в их гибель. Они вернутся – это лишь вопрос времени. Рене тогда удивлялась, сколько времени вдовам понадобилось на то, чтобы признать очевидное. Но сейчас ее реакция была точно такой же. Со Скоттом все в порядке, потому что нет никаких доказательств его смерти. Кронкайт на экране едва сдерживал слезы, но на ее глазах не выступило ни слезинки. Со Скоттом все в порядке. Он выкрутится… Нечего и сомневаться.

И Рене действительно оказалась права. Скотт прекрасно прошел через атмосферу. В густых слоях, ниже пятидесяти тысяч футов, капсулу стало сильно раскачивать, и ему пришлось выпустить парашют слишком рано и вручную, так как в автоматической системе кончилось топливо. Капсула промахнулась мимо запланированного места приземления примерно на двести пятьдесят миль. Разведывательный самолет нашел Скотта через сорок минут, но за это время телевизионщики уже создали впечатление, что он погиб. Когда до Карпентера добрался спасательный самолет, он спокойно покачивался на волнах возле капсулы в своем поясе. Ему очень понравилось все приключение. Когда астронавта доставили на авианосец «Отважный», он пребывал в превосходном настроении. Скот говорил без умолку. Ему действительно понравились все эксперименты, которые пришлось делать несмотря на перегруженную карту контрольных проверок; а еще он был рад, что разрешил или почти разрешил загадку «светлячков». Он не выяснил точно их природу, но доказал, что они производились самим космическим кораблем – «светлячки» не были каким-то внеземным материалом… Карпентер мог бы проговорить всю ночь… Он был доволен… работа сделана превосходно… А еще он чувствовал, что помог родиться одной из самых важных ролей в астронавтике – ученого в космосе…

В течение последующих двух недель Скотт пожинал лавры героя.