Люси снисходительно согласилась, но больше ничего не сказала. Было слышно, как Тимоти все время спрашивал что-то у Майкла и получал в ответ то утвердительное хмыканье, то объяснение. Иногда к ним долетало облачко фиалкового аромата, заглушая тонкие духи Люси.

Они приехали на виллу Шосси во втором часу дня. Люси не вошла в дом. Она опустилась в кресло на патио рядом с террасой и воззвала к Антуану. Приказав принести себе пить, мельком велела, чтобы сказали мсье Леону, что она здесь. Майкл сел в машину, чтобы отвести ее в гараж, и Кэтрин, взяв Тимоти за ручку и пробормотав извинения, пошла домой. Но в холле ее встретил Леон. В легком тропическом костюме, безупречно причесанный, так что белые виски красиво оттеняли лицо, он остановил пристальный взгляд на Кэтрин, а потом перевел его на Тимоти.

— Ну, что вы думаете о Ницце? — грубовато спросил он.

— Замечательный город.

— Машиной довольны?

— Очень.

— Ну a ты, молодой человек? Тебе понравилось?

— Да, спасибо, деда.

— Что же ты делал?

— Майкл меня водил в парикмахерскую.

— Слишком мало состригли. Иди наверх. Мне нужно поговорить с твоей матерью.

Тимоти прошел через холл и исчез в глубине дома. Леон с обескураживающим вниманием разглядывал Кэтрин. Он медленно заговорил:

— Моя яхта стоит в гавани Ниццы. Я собираюсь туда, чтобы распорядиться кое о чем, и беру с собой мальчика. Без вас.

Кэтрин сжала губы. Слегка дрогнувшим голосом она ответила:

— Хорошо… только если за ним будут следить.

— За ним будут следить. Люси едет со мной.

— Вы не заставите его…

— Я сказал, что там будет Люси! Она будет смотреть за ним. — Неприятный огонек в его холодных голубых глазах, который всегда зажигался, когда он говорил с Кэтрин, появился и сейчас. — Филипп Селье по телефону сообщил мне о вашем утреннем посещении. Он сказал, что ни в коем случае не надо его баловать. Знаете, что я спросил у него? — она не отвечала, и он продолжал: — Я спросил, считает ли он вашу систему воспитания ребенка правильной. Никогда не догадаетесь, что он сказал. Он сказал, что для вас обоих было бы лучше всего, если бы вы поменьше видели друг друга!

— В этом, — сказала Кэтрин с усилием, — я должна согласиться с ним. Извините меня. — Она поднялась по мраморной лестнице, пошла к Тимоти и помогла ему вымыться, а потом, посадив к себе на плечи, снесла его в кухню, чтобы он съел второй завтрак. Потом она отнесла его обратно, чтобы он поспал, и с облегчением увидела, что глаза ребенка закрылись, как только он лег. Она долго смотрела на милое детское лицо с коричневыми тенями, лежащими на нежных щечках. Губы, еще по-детски пухлые, были розовые и свежие и, пока она смотрела, чуть приоткрылись, показывая белые зубки. Ей так хотелось прижать его к себе, отогнать от него малейшую опасность!

Она пошла к двери и снова оглянулась. Издали он казался чуть повзрослее — из-за новой прически, конечно. Вот, старалась для Леона, а все равно ничего хорошего не вышло. Он наслаждался еще одной победой над ней — ответом Филиппа на его вопрос. Филипп…

Кэтрин быстро сняла жакет, умылась и подкрасилась. Она решила надеть кремовое платье и пошла вниз, встретив Луизу, которая как раз поднималась за ней, чтобы сообщить: мсье желает, чтобы она немедленно пришла к ленчу.

Глава 4

Жизнь мало-помалу приняла какие-то устоявшиеся формы, но у Кэтрин часто бывали тяжелые моменты, и всегда они повторялись в одно и то же время, около шести часов, когда Леон возвращался вместе с Тимоти с какой-нибудь экскурсии или поездки.