– В смысле, на моем судне, – возразил Хейли.

– Мое судно, твое судно. Какая разница? В ближайшее время оно не сдвинется с места, – сказал пришелец и негромко засмеялся себе под нос.

– Ну да… вообще-то, я там уже смотрел, – смущенно признался Хейли и поправил свой шлем.

Обрамленный клыками рот Карункула растянулся в улыбку.

– И без толку?

– Можно и так сказать, – ответила Зиа, усаживаясь на покрывале рядом с костром. – Слушай, Карункул, так все это добро, которое ты добываешь…

– Которое он ворует, – поправил ее Хейли.

– Которое я обнаруживаю, – поправил его Карункул.

– Все это добро, которое ты обнаруживаешь… Что именно ты с ним делаешь?

– Продаю или меняю на нужное-необходимое. Это помогает мне не попасть в неприятности-долги. – Карункул размотал толстый шарф на шее, и под ним обнаружилась еще одна пара рук. Этими руками он достал откуда-то из своего поношенного пальто длинную трубку с тремя чашами, расположенными на равном расстоянии друг от друга. – Обычно я меняю-продаю куратору Дзину. Но не сейчас.

– Из-за того, что происходит в Соласе? – спросила Зиа. Где-то вдалеке снова громыхнуло.

Карункул кивнул:

– Дзин пропал-исчез. Никто не может его разыскать-найти. – Он вытащил из кармана истертый кисет и раскрыл его: там в отдельных расписных лоточках хранились разные виды пряностей. Сами эти лоточки напомнили Зии бесчисленные приношения, сложенные на полу в хижине Арии. Карункул начал утрамбовывать в чаши трубки разные смеси. – Королева, она рыщет-ищет его повсюду. Жив ли он? Мертв ли он? Она шлет-отправляет всяких следопытов из города. Никто не знает, где он-Дзин.

Зиа хорошо помнила, как Лорок хвастался своими планами захватить и поглотить Дзина – в точности как Арию. Судя по тому, что рассказал Карункул, либо Лорок преуспел, либо Дзину и в самом деле удалось сбежать.

– Я желаю-надеюсь, что он скоро найдется, – сказал Карункул. – Я мог бы сколотить целое состояние, продав ему все, что я обнаружил.

– Может, среди моих вещей, которые ты тут собираешься продавать, обнаружилась такая? – поинтересовался Хейли и нарисовал омнипод «кочергой» на песке.

– Что? Зрячий Глаз? Вот из-за чего вся эта суета-паника? Это вы рыщете-ищете? – Карункул сунул трубку в руки Зии. – Подержи.

Он направился к своему транспорту и принялся отодвигать ящики.

Зиа повертела трубку в руках. Трубка была резная, и узоры походили на те, что она видела на потолочной росписи в доме Хостии в Лакусе. Каждая из трех чаш содержала разные субстанции: в одной нечто, напоминавшее глину, в другой – сухие листья, в третьей – буроватая кашица. Аромат тоже напоминал о жилище Хостии. Может, и там кто-то курил такую трубку?

– Вот! Зрячие Глаза. – Карункул сунул в руки Хейли закрытую коробку и вернулся на свое место возле огня. Он взял у девочки трубку, кивнул и сказал: – Большое спасибо-благодарю.

Хейли сдвинул крышку и ахнул.

– Что там? – Зиа изогнула шею, чтобы заглянуть внутрь.

– Омниподы, – ответил Хейли и, вынув из кучи один из приборов, показал ей. Потом мальчик начал по очереди извлекать их наружу и раскладывать в одну линию на земле. Зиа подобралась поближе, чтобы помочь.

– Омни-поды? – переспросил Карункул, разжигая трубку. – Вы-люди так их называете?

– Ага, – ответила Зиа, взяв ржавую квадратную модель. – Я в музее целую кучу их видела. Это ты их все обнаружил?

– Большую часть – да, – ответил пришелец, выдувая пестрые колечки дыма.