— Мы очень давно не приглашали гостей, давным-давно следовало бы это сделать, — сказала она, но Т. С. не согласился.

— В этом месяце уже слишком поздно, — заявил он, хотя шла всего лишь первая неделя декабря. — У нас не хватит времени, чтобы устроить все, как следует, а мы не должны допустить, чтобы люди говорили, что последняя вечеринка Грантов была провалом.

Сказав это, он поднялся в спальню, лег в постель, а на следующее утро отказался покинуть ее. Но вместо того чтобы обставить спальню разным больничным оборудованием — он назвал это пустым загромождением пространства, — Т. С. потребовал, чтобы сюда принесли проекционную аппаратуру и его обширную коллекцию фильмов — штабеля коробок. Нора видела, что теперь тут не остается места для медицинского оборудования и приборов, а всякие провода только путались бы под ногами. Но она выполняла все требования умирающего, начиная с того, что он хотел иметь в своей комнате, кончая теми людьми, которых он соглашался принять.

На второй неделе декабря позвонил Тедди и сказал, что у него готов первый набросок романтичной комедии, условно названной им «Во имя любви». Он хотел бы, чтобы она заглянула в пьесу хоть одним глазом, и она попросила принести текст немедленно. Хотя она не надеялась, что Т. С. увидит этот фильм в завершенном состоянии, но пусть при его жизни он хотя бы уйдет в производство, и Сэм тоже почувствует себя при деле.

— Я подумывал направить его тебе с посыльным.

— Нет, я хочу, чтобы ты принес его сам.

— Так надо?

— Да, так надо. Пожалуйста, Тедди. Это часть нашего дела. Ты не должен сейчас скрываться от меня. Я жду.

Но когда Тедди явился со сценарием в руках, Т. С. заявил, что у него нет времени ни на Тедди, ни на какие-либо сценарии.

— Я предпочитаю сейчас старые фильмы, как раз нахожусь на середине великого — «Человек, который не должен умереть». Я должен досмотреть его. После этого я собираюсь посмотреть «Вещь, которая не должна умереть». Но самый интригующий я отобрал для просмотра после ленча, хотя это не то, что ты бы отнесла к старому золотому фонду, но у нее поистине захватывающее название — «Жены и любовники». Я надеюсь, ты посмотришь эту картину вместе со мной, Нора. Это совсем не то, что смотреть ее без тебя.

Потом она спустилась вниз сказать Тедди, что, поскольку Т. С. сегодня находится в состоянии черного юмора, а «Во имя любви» романтическая комедия, он не сумеет оценить сценарий должным образом.

— Я думаю, что мне следует послать ее в Лондон, чтобы они могли начать работать, и мы бы не теряли времени зря. А поскольку время сейчас самое важное, то полагаю, ты не обидишься, если я предложу тебе остаться на кофе и тому подобное. У нас еще чертовски много фильмов, которые придется просмотреть, пока… пока мы все сделаем. Сотни и сотни названий.

— Я понимаю, но уж если мы заговорили о названиях — ты помнишь наш разговор о названиях песен на церемонии выпуска?

Она вспомнила и вспыхнула.

— Сначала ты сказала, что песня называлась «Я буду видеть тебя всегда». Я поправил тебя, напомнив, что там нет слова «всегда», а есть: «Я буду видеть тебя во всех старых знакомых местах, которые все дни не покидали мое сердце…» И ты согласилась, что я прав, что ты ошиблась, спутала эту песню с другой, в которой было слово «всегда».

— И что?.. — спросила она осторожно.

— На другой день я размышлял над этим, и вот что дошло до меня: песня, о которой ты подумала, так и называется «Всегда».