— Что с лицом? — спросил он.

— Была одна ситуевина в Лафайетте. А ты чего так далеко запарковался?

— Масло течет.

— Я думал, что ты в Новом Орлеане. Заходи.

— Думаю, полицейское управление Нового Орлеана все еще хочет повесить убийство Фрэнки Джиакано на меня. Я буду в мотеле, увидимся позже. Просто хотел сказать тебе, что я в городе.

Сквозь сумерки я разглядел фигуру, сидящую на пассажирском сиденье его машины, хотя верх и был поднят.

— Кто у тебя там?

— Помощника взял.

— Какого помощника?

— На временную работу.

— Мне вчера один парень пытался из дробовика башку снести. Палил сразу из двух стволов. Полиция Лафайетта думает, что это один из отморозков, которым я показал дорогу за решетку лет десять назад. А заказал ему меня, возможно, отставной детектив по имени Джессе Лебуф.

— Почему же ты мне не позвонил?

— Кто в «кадди», Клет?

— Это тебя не касается. Этот чувак Лебуф связан с Пьером Дюпре и всеми этими прочими делами с Голайтли, Граймзом и Фрэнки Джи?

— Лебуф — тесть Пьера Дюпре.

— Этот парень похож на переполненный унитаз, то и дело проливающий дерьмо на пол. Думаю, пора нанести ему визит вежливости.

— Ты лучше дослушай до конца, — сказал я.

Мы сели на ступеньках веранды, и я рассказал ему о стрельбе у дома Варины Лебуф в «Бенгальских садах», об угнанном грузовике-рефрижераторе, которым пользовались стрелок и водитель, о связи между семьей Лебуф и Пьером Дюпре, о фирме под названием «Редстоун Секьюрити» и брелоке в виде миниатюрной рыбы-пилы на связке ключей детектива в отставке.

— И на той затонувшей посудине, которая дрейфовала туда-сюда по континентальному шельфу, тоже была рыба-пила? — спросил Клет.

— Я в этом уверен.

— Лебуф какой-то законспирированный нацист, что ли?

— Сомневаюсь, что он даже слово это написать сможет, — ответил я.

— Дэйв, что-то тут не вяжется. Мы говорим об эмблеме на «Крис-Крафте», на котором похитили девчонку Мелтон, а теперь еще и о рыбе-пиле на подводной лодке и на связке ключей? При этом парень с этой связкой ключей — тесть другого парня, который наполовину еврей?

— Неплохо ты подытожил.

— Подозреваемый в стрельбе, этот Ронни Эрл Патин, пока на свободе, так?

— Так.

— Думаешь, это он стрелял?

— Я видел стрелка от силы секунды две, прежде чем он пальнул мне в лобовое стекло. Тот Ронни Эрл Патин, которого я упек на нары, был жирдяем. Парень в рефрижераторе излишним весом не страдал. Так кто в «Кадиллаке», Клет?

— Моя последняя пассия. Она работает в Обществе человечности, занимается усыновлением таких же жалких лузеров, как я.

Я положил ему руку на плечи, казавшиеся твердыми, как булыжники из волнореза в заливе.

— Партнер, тебе не кажется, что ты уже с головой закопался в это дело?

— Завязывай! Проблема здесь не во мне. Ведь это ты чуть ведро дроби в лицо не огреб. Послушай меня. Все это как-то связано с крадеными или поддельными картинами.