Майк внимательно следил за его действиями, и во взгляде его проскальзывало подозрение. Убедившись, что Агент не собирается хитрить, он успокоенно выпрямился на циновке, прикрыл глаза и положил руки на колени. Ким внимательно наблюдал за оттенками чувств, которые сменяли друг друга на его лице. Через минуту-другую по нему разлилось какое-то странное выражение - наивное и счастливое одновременно.

    -  Майк, ты слышишь меня? - осторожно спроси Ким.

    Мальчик не ответил на его слова. Только поморщился слегка, еле заметно.

    Ким выждал еще немного. Чайник на плитке начал тихонько шуметь, и Агент прикрутил регулятор нагрева, чтобы не мешать процессу проявления послания в памяти «парламентера». Лицо того теперь стало спокойным и отрешенным, как у бодисатв с фресок монгольских монастырей.

    -  Ты слышишь меня, Майк? - снова спросил Ким почти шепотом.

    В этот раз мальчик кивнул в ответ - осторожно, словно боясь спугнуть кого-то третьего, незримо присутствующего.

    -  Что ты должен сказать мне? - спросил Ким.

    -  Мои друзья… - начал объяснять мальчик, - им ничего не остается, как заставить тебя выполнить их просьбу. Они… Они не хотели враждовать с людьми… Они… вообще не хотели, чтобы люди знали о них. Но им необходима их помощь…

    Голос его неузнаваемо изменился. Стал хрипловатым, скрипучим… Взрослым.

    «Как сказали бы мои предки, в него вселилась чья-то чужая душа», - вспомнил Ким слова Энни.

    -  Это напоминает шантаж, - сухо ответил он - уже не Майку, а тому, другому, кто говорил с ним через этого мальчишку словно через телефонную трубку.

    -  Это и есть шантаж, - ответил ему «тот, другой». - Гномам незачем называть вещи чужими именами. Они вынуждены шантажировать тебя.

    -  Почему именно меня? - спросил Ким. - Чем я отличаюсь от всех других?

    Майк нахмурился, наверное, переводя какую-то мысль с гномьего языка на человеческий.

    -  Потому что именно ты можешь выполнить их просьбу, - ответил наконец кто-то, владевший его душой. - К другим гномы уже обращались за помощью. Но их обмали. Очень немногим людям можно верить. Всегда нужны гарантии.

    Паузы и запинки в словах Майка словно выдавали чьи-то поиски нужных переводов в детском словаре его мозга.

    -  Давай… Давайте по существу… - сказал Ким, стараясь не забыть, что перёд ним сидит ребенок, и говорить как можно тверже. - Что от меня надо гномам?

    -  Профессиональные услуги, - с готовностью ответил «тот, другой», и Киму даже послышался в его голосе сдавленный смешок. - Ты ведь Агент, ведущий расследования. Чтобы мисс Энни вернулась из Стен, ты должен только найти для гномов их Бога.

    -  Так… - протянул Ким, машинальна потирая лоб. - С этого места - поподробнее, пожалуйста…

    -  Вы, должно быть, знаете легенды о гномах… И, возможно, слышали и ту, которая касается истории с их пропавшим Богом… - стал объяснять «тот, другой». - Дело в том… Дело в том, что, когда Вселенский Катаклизм уничтожил их родную Вселенную, попав из совсем другого мира в этот, гномы утратили здесь Смысл своего бытия… Он был утрачен вместе с их Древним Знанием.

    То. как «тот, другой» выговаривал устами мальчишки Майка слова «Древнее Знание» и «Смысл», свидетельство о том, что звучать они должны были с прописных истин.