-  Этого не удавалось никому и в спецтюрьме Харурской контрразведки, - пожал плечами Мессер. - До тех пор, пока мне не повезло туда загреметь. Поверь, я прошел спецподготовку и спецобработку, и меня ты без хрена не съешь…

    -  Не петушись со своими рекордами, - поморщился Обух и сплюнул на пол. - Спецподготовка… Спецобработка… Все это было давно и неправда. Посмотрим, как ты запоешь, когда за дело возьмутся мои специалисты…

    -  Твои специалисты, - скривился Мессер, - в лучшем случае хороши для того, чтобы отбивать почки увечным дистрофикам. С серьезными людьми они дела, считай, и не имели… Поэтому предлагаю пойти на мировую. Нам обоим нет смысла отдавать богу душу из-за грошей. Хоть очень больших, но - грошей. На том свете они нам не пригодятся. Потому что, если покупатель не получит вещь, нам обоим - хана. Одному раньше, другому - позже. Поэтому я готов с тобой поделиться. В разумных пределах, разумеется. Так что положи подальше эту игрушку… - Мессер глазами показал на живописную железяку, - И поразмысли над тем, какие гарантии нужны мне и тебе, чтобы мы ненароком не угрохали друг друга. И будь реалистом - прикинь, на какую долю от продажи «вещи» ты можешь разевать пасть…

    На железной двери замигала лампа, и зазуммерил сигнал вызова. Обух буркнул несколько слов в микрофон и направился к двери.

    -  Про гарантии и про долю ты подумай сам, наедине… - бросил он через плечо.

    На лестнице, ведущей в его парадный кабинет, Обуха ждали Ганс, Булыжник и нервно обгрызающий поломанные ногти на правой руке Стив.

    Первым удостоился быть выслушанным Ганс, человек посторонний, которому ни к чему было слышать, о чем будут докладывать прочие люди.

    -  Нет, - покачал он головой, - пока что я не вычислил этих ваших троих клоунов. Как-никак у них было чуть ли не с час форы. Заметьте, что я занимаюсь этой компанией уже второй раз за сутки и не у меня они ушли из-под замка. Так вот, - вы сами у них отобрали оружие и мобилы. Я пока что только немного занялся этим утильсырьем. Ну, «хлопушки» их мне ровным счетом ничего не дали. От господ связистов мне постоянно капает кое-какая информация. Конечно, в порядке взаимности. Вот и по их мо-билам я навел кое-какие справки. В двух трубках из трех - сам черт ногу сломит. А вот одна из трех мобил была зарегистрирована на типа, который только считаные часы назад зарегистрировался на таможне Космопорта как въезжающий по бизнес-визе. Похоже, что это - труба как раз того парня, которого они захомутали у дверей вашего ринга… Может быть, вам будет интересно, с кем болтал этот чудак сразу по приезде? Я провентилировал его контакты. Вот, держите распечатку.

    -  Почему ты обвел этот номерок красным? - поинтересовался Обух, вертя перед носом листок с реденькими строчками текста.

    -  Потому что этому типу вряд ли потребовалось звонить божьей старушке, которая числится по адресу, выданному телефонной компанией, а на самом деле коротает свой век среди себе подобных в доме для престарелых. Я бы на вашем месте поинтересовался этим адресом. Если он, конечно, не целиком взят с потолка. Второй интересный звонок этот тип делал в места далекие - на Заброшенные Прииски. Но там проверять что-либо дело хлопотное… но, информация не ахти…

    -  Спасибо и на том… - пожал плечами Обух. - Про. должай искать… Этим сукиным детям просто некуда деться Деньги нужны?

    -  Пока нет, - мотнул головой Булыжник и заторопился вверх по лестнице, к выходу.

    Обух обернулся к Стиву:

    -  Тебя, дружок, что-то колотит, словно с похмелья…

    -  Понимаете, шеф, - процедил Стив с унылой миной.