Ветер, налетевший с далеких Ливанских нагорий, дохнул снежной прохладой. Приплюснутый солнечный шар, погасив лучи в сизой дымке, остывал в переливах вишневого накала, и лишь в самой его середине еще дрожало расплавленное золото отгоравшего дня.

 Пресмыкаясь, как змеи из бездны, длинные полосы мрака протянулись вдоль всего археологического полигона, слившись в сплошную массу возле башни, и каменная россыпь ее уродливого горба, и лунная лестница пропали для глаза. Фиолетовая даль, серебрящаяся словно иней, смазала резкие очертания развороченной ямы тысячелетий, и вмятые в утрамбованный грунт черепки вспыхнули, ловя ускользающий свет, и замерцали в таинственной глубине, перемоловшей века и жизни.

 - Что там сверкает? - проникаясь неизъяснимой тревогой, спросил Климовицкий.

 - Где?.. Ах, это! Глазурованные осколки, стекло.

 - Стекло? Керамика? Откуда?

 - Так всегда происходит после окончания работ. Просеянный грунт сваливают в кучи, и все перемешивается в неразличимый прах. Запечатанное в стратах время улетучивается, как хлороформ из открытой бутылки.

 - Странное, однако, сравнение.

 - Я так не думаю. Свежевскрытый слой навевает наркотический сон. Тебе начинает казаться... Словом, иногда происходят странные вещи. К счастью, это быстро проходит. С первой находкой просыпаешься и берешься за работу. Я хорошо представляю себе, что должен был чувствовать Картер, когда проломил стену погребальной камеры Тутанхамона, откуда вырвался запечатанный воздух. Непередаваемый сумасшедший запах того времени! Аромат предметов и благовоний, опущенных в могилу три с половиной тысячи лет назад... Ужас!

 - Как джинн из кувшина, вместе с таинственными микробами, убившими и Картера, и Карнарвона. Все, кто работал в гробнице, погибли загадочной смертью.

 - Смерть вообще сплошная загадка. Все в конце концов умирают... Пойдем дальше?

 Над обширным гласисом - открытым глиняным склоном ниже внешнего вала, где на захватчиков обрушивался каменный град, медленно кружила стая черных птиц. Словно поджидала добычу, которая, заплутав в лабиринтах вечности, когда-нибудь непременно придет.

 - Вот и они, - сказал Бенгур, наступив на ноздреватую глыбу, откатившуюся от развала полегшей стены. - Рухнули, как карточный домик.

 - От трубного рева?

 - Землетрясение - единственно разумное объяснение. Легендарные стены обнаружил Гарстанг в ходе первых раскопок [39] , но я сомневаюсь в точности датировки. На мой взгляд, они значительно старше.

 - Я бы мог уточнить.

 - Задача не столь проста, как кажется. Есть определенные трудности, однако попробовать стоит. Здесь, - Бенгур показал на овальное углубление, вскрыли первое нетронутое погребение. Артефакты оказались на диво целехоньки: плетеные корзины, терракотовые сосуды, бронза, слоновая кость. Позднебронзовый век, к сожалению, оставил мало следов, а ведь это время Иисуса Навина. В Торе сказано, что на того, кто вновь отстроит город, будет наложено проклятие. Надо понимать - не отстроит, а укрепит. Так поступали всегда, уничтожая цитадели противника. А жизнь продолжалась и после взятия Иерихона. Здешние земли исключительно плодоносны. На них росли и продолжают расти маслины, прекрасные розы и пальмы. Недаром Иерихон называли "Городом пальм". Ирод Великий превратил его в подлинную жемчужину. Царский дворец вызывал зависть даже у римлян.