Умылись, сели завтракать, обсуждая, как бы решить проблему с бритьем, но разговор сам собой съехал на вчерашнее.

– Что бы это могло значить? – рассуждал вслух Палыч. – Предположим самое простое: он действительно срочно умотал по каким‑то своим делам и поставил телефон на определитель. Возможно ли это?

.– Маловероятно, – отозвался Игорь, ковыряя ногтем мизинца в зубах. – Тогда чего же, когда он дома, выключает определитель, что ли?.. Чушь собачья.

– Да, вздор получается, – признал Палыч. – Тогда другие версии?

– Ты же сам вчера говорил – нехорошо это, – вспомнил Сергей, – что ты имел в виду?

Палыч многозначительно прищелкнул языком.

– Я боюсь, что они, – он многозначительно выделил слово “они”, – уже там. Успели.

– И следовательно... – осторожно подхватил Игорь.

– И следовательно, приятель твой попал в изрядный переплет, – закончил Кореньков.

После этой фразы все примолкли. Лица помрачнели.

– А чего проще, – прервал молчание Сергей, – сходить да позвонить.

– В принципе да, – согласился Игорь, – но позже. Сейчас рано слишком.

– Сперва Ваську подождем, – сказал Палыч.

– Подождали Ваську. Тот явился, как и обещал. Для начала он жестоко отругал Рому, который непростительно долго дрых до его прихода (“Выгребу!!!” – примерно так было обещано), и велел тому “рвать” туда, в Васину квартиру, там ему скажут, что делать... Виноватый Рома рванул исправляться сломя голову, а Вася дружественно улыбнулся и прошел к парням в комнату.

И тут совершенно неожиданно Палыча опять шарахнуло. В мозгу зазвенели тревожные колокольчики. “Берегись! Берегись!” – услышал он, почувствовав, как по всему телу пробежал холод.

Но он сумел совладать с собой, и никто ничего не заметил.

Вася весело приветствовал ребят:

– Здорово! Как спалось?

На это ответствовали, что спалось нормально, и подняли вопрос насчет бритья. Вася сказал, что принесет электробритву, потом начал спрашивать о том, удобно ли им здесь, не залетают ли комары, не жарко ли, не шумят ли соседи...

Кореньков слушал все это и понимал, что Вася несет всю эту чепуху потому, что не знает, как подойти к основному: вызвать его, Палыча, и поведать наедине нечто важное. Он усмехнулся про себя и пришел Васе на помощь:

– Слушай, Василий, у меня к тебе дело есть, как к хозяину. Мы выйдем с ним ненадолго, потолкуем, – обратился он к парням, и те согласно закивали головами. – Пойдем, Василий, поговорим.

– Пойдем, – охотно согласился Вася и вышел в прихожую, Палыч за ним. Вася закрыл дверь комнаты, махнул рукой и устремился в кухню. Кухонную дверь он тоже плотно прикрыл.

– Что‑то случилось? – без обиняков спросил Палыч, и Вася так же без обиняков ответил:

– Да, случилось. Дела неважные, Палыч.

– Ну это я еще вчера утром заметил... – пошутил было Кореньков, но Вася нетерпеливо перебил его:

– Нет‑нет, Палыч, ты еще не все знаешь! Вчера я не хотел тебе говорить...

– О чем твоя бабка голосила? – лукаво прищурился Палыч.

Вася осекся, вылупился на Палыча. Тот снисходительно ухмыльнулся и подмигнул:

– Не боись, не боись... Просто глаза‑то у меня пока на месте, да и мозги тоже. Вася понимающе кивнул:

– Ну да, да... – и повторил: – Я вчера не хотел говорить, перед ночью, но... – Тут он сильно потянул себя за ухо, покряхтел и сказал, достав свое “Мальборо”: – Давай‑ка закурим.