Лев Евгеньевич прошелся по вершине – она была почти голая, редколесье начиналось ниже.

– Посмотрите‑ка, – окликнул он, отойдя недалеко.

Все подошли и увидели серое полушарие вроде большого глобуса, невысоко высунувшегося из земли. На самой макушке его, на полюсе, лежал их круглый камушек.

Огарков наклонился и осторожно поднял его. Под ним оказалось точно такое же круглое углубление, что и на камне в бане Федора Матвеевича.

– Угу, – сказал Палыч. – Ясно. Точка контакта.

Лев Евгеньевич сделал значительное лицо, но сказать ничего не успел, так как откуда‑то явственно послышался храп.

Его услышали все.

– Что это? – недоуменно спросил Палыч.

– Это оттуда, – быстро сказал Игорь, и никто и моргнуть не успел, как он ловким кошачьим движением прыгнул вправо, вниз по склону, на бегу выхватив ТТ.

– Куда?! – возопил Палыч и ринулся следом так резво, что Логинов с Огарковым остолбенели. Но не пробежал он и десяти метров, как остановился, хлопнул руками по ляжкам и расхохотался.

– Мужики! Вы только гляньте!..

Мужики поспешили и не поверили глазам своим: на теплой травке под ближним деревом почивал Кузьмич.

– Мама моя родная! – Федора Матвеевича сегодня что‑то зациклило на маме.

– Это не мама, – сострил Игорь и сунул пистолет во внутренний карман ветровки. – Эй, дядя! Подъем! Все на свете проспал...

На Кузьмина это никак не подействовало. Тогда стали его тормошить, Игорь даже взял за ноги и проволок несколько метров вниз по склону – бесполезно.

– Нет, ну это как же надо нажраться! – изумился он и отпустил Кузьмичевы ноги, которые упали наземь прямо, как палки.

– Это он умеет, – сказал Федор Матвеевич. – Но вот как он сюда попал! Вот вопрос, скажите на милость.

– Ну, в этом, положим, ничего удивительного нет, – авторитетно заявил Лев Евгеньевич. – Дело простое: этот сиреневый туман, очевидно, есть своего рода транспространственный коридор, он и нашего друга, – Огарков кивнул на простертое тело, – накрыл. И занесло его сюда вместе с нами, грешными.

Федор Матвеевич с сомнением покачал головой.

– А чего ж его вон куда метнуло?

У Льва Евгеньевича и на это был ответ готов.

– Надо полагать, что у этого мира вообще больший объем, чем у нашего. И расстояния между телами должны здесь пропорционально возрастать. Он ведь и в бане был подальше от нас, соответственно и тут дальше оказался... Заметьте, что и камень тоже здесь в стороне от нас.

– Ну, если так, – Игорь усмехнулся, – то и мы сами должны стать больше по размеру, чем там. А я что‑то такого не замечаю!

– Так ведь все относительно... – сказал Огарков и огляделся широко открытыми глазами. – А верно, хорошо здесь. Как‑то... даже и не выскажешь. Как будто этот мир совсем молодой. Чувствуется юность в нем... все впереди.

– Это уж точно, – подтвердил Палыч. – Мы и сами тут вроде как помолодели – обратили внимание?

Обратили. Не один Палыч оказался такой наблюдательный. Зато ему пришла в голову идея – посмотреть, а не отразилось ли это на Кузьмиче?.. Идея понравилась, принялись вновь трясти пьяницу и ничего не добились; тогда стали разглядывать его рожу так, в спящем состоянии – и Федор Матвеевич не слишком уверенно сказал, что да, похоже, и Кузьмич здесь облагородился.

– Да шут с ним. – Лев Евгеньевич выпрямился. – Пусть дрыхнет. Слушайте! Нет, как здесь славно все‑таки!.. Я вот что предлагаю: осуществим‑ка экспедицию.