Тиффани не чувствовала особой вины за то, что не поведала ему свою печальную историю целиком, оправдывая себя тем, что почти ничего не знает о прошлом Аксела — мужчина в тридцать четыре года не может не иметь прошлого. Они оба, не сговариваясь, решили забыть о том периоде, который предшествовал их встрече, и начать новую жизнь, не перенося сюда линии и узлы прежних отношений. Тиффани считала, что такое молчаливое соглашение избавит обоих от дополнительных ненужных трудностей.

Аксел предложил ей стать его полноправным компаньоном и вместе заняться организацией ночных клубов в Сан-Франциско и Лос-Анджелесе. Тиффани были доверены дизайн помещений и наем штата служащих, Аксел взял на себя финансовую сторону предприятия. Она загорелась этой идеей и захотела вложить в дело часть собственных денег, тем более что отец уже согласился инвестировать проект Аксела. Тиффани настояла на том, чтобы он сделал это на жестких условиях, и Джо не возражал. Ему нравились деловая хватка Аксела и стремление молодоженов к полной независимости. Когда-то давно он сам так начинал и теперь искренне желал своим детям успеха.

На четвертый день своего пребывания в Лос-Анджелесе молодые супруги отправились подыскивать помещение для своего нового клуба. И вскоре в районе Юнион-стрит они наткнулись на старый кинотеатр, который без особого труда можно было переделать в клуб с несколькими барами и танцевальным залом более чем на тысячу человек.

— Вот это да! — воскликнул Аксел и вытащил из нагрудного кармана блокнот. — Если за аренду запросят немного, мы его берем. — Он принялся лихорадочно покрывать страницы блокнота цифрами — затраты на переоборудование, налог, ожидаемая прибыль от тысячи посетителей ежедневно. Итог превосходил все ожидания. — Слушай, Тифф, это грандиозно! Тифф… ты где? — Аксел огляделся и заметил, что Тиффани исчезла, пока он занимался подсчетами.

— Тифф!

— Я здесь, дорогой.

Он обнаружил Тиффани за изъеденным молью бархатным занавесом на сцене. Ее глаза восторженно сверкали.

— Послушай, Аксел, мне пришла в голову замечательная идея! — воскликнула она.

— Ну-ка, ну-ка, расскажи, — с любопытством попросил он, зная, что самые невероятные фантазии Тиффани зачастую содержат рациональное зерно, которое можно использовать в деле.

— А что, если установить здесь огромный экран, во всю сцену, и проектор? Можно будет сопровождать дискотеку световыми эффектами. Представь себе, что люди танцуют под электронную музыку, а на экране — плывущая галактика, снятая с борта космического корабля! Зал стоит затемнить, и тогда создастся ощущение, что летишь под музыку в открытом космосе, а навстречу тебе несутся звезды, планеты и кометы с огненными хвостами. И еще можно сделать вертящийся пол… или как в аэропортах — движущуюся дорожку…

— И одеть официантов как космических пиратов! — со смехом подхватил Аксел. — Диск-жокеем будет маленький зеленый марсианин с рожками-антеннами на голове, да? А кофе подавать на летающих блюдечках! Тиффани, ты прелесть! — он даже зажмурился от смеха.

— Между прочим, зря смеешься. При нынешней конкуренции необходимо придумать что-то из ряда вон выходящее, чтобы выстоять.

— Мы выстоим, любимая, — ответил он и обнял ее за плечи. — Но ты подумай о тех несчастных, которые придут к нам потанцевать и неожиданно впадут в состояние невесомости! А барменов придется привязывать к стойкам веревками. Представляю, как они будут разливать коктейли по бокалам вверх тормашками… — И Аксел снова расхохотался, опускаясь в пыльное кресло первого ряда.

Следующие несколько дней ушли на переговоры с прежними владельцами кинотеатра — «Меридиан филм дистрибьюторс». Они не чаяли избавиться от помещения, мертвым грузом висящего на балансе, поэтому контракт был подписан без труда.