Лавиния снисходительно усмехнулась.

— Хорошо. Тебе необходимо немного поразвлечься, а то ты засохнешь со своей работой. Но вечером мы пообедаем вместе?

— Да, конечно.

Лавиния направилась к себе в комнату, чтобы надеть шляпу. Через несколько минут Эндрю услышал, как хлопнула входная дверь — графиня ушла в церковь. Он снова погрузился в чтение статьи. Выходит, Морган не может иметь детей. И у Гарри никогда не будет законного наследника, если он не добьется развода и не женится на ком-то еще. Если ему удастся развязаться с Морган — что маловероятно, — холостым он не останется. Но скорее всего они останутся вместе, а это значит, что шотландское поместье со всеми его сокровищами рано или поздно перейдет по наследству к ближайшему родственнику, то есть к нему самому. Для Эндрю вдруг стало невероятно важным, чтобы Гарри и Морган не развелись, а ребенок был бы отослан к своей настоящей матери в Америку.

Леди Элизабет Гринли вышла из своего дома на Кливден-плейс и направилась к газетному автомату на Слоан-сквер, чтобы купить «Санди таймс», которую им по какой-то причине не доставили. Когда отец оставался в Лондоне на уик-энд, он любил проводить время за чтением газет. Элизабет извлекла из кошелька монету и уже собиралась опустить ее в щель, как вдруг заметила под стеклом соседнего автомата большую фотографию Гарри. Она подошла ближе и обнаружила снимки Морган и ее сестры, а также заголовок, набранный крупным шрифтом: «Граф зачал наследника с сестрой своей жены».

Элизабет, немного оправившись от шока, купила газету со скандальной статьей и быстро зашагала домой.

Она читала на ходу и была настолько потрясена, что не помнила, как оказалась дома. Больше всего эта история походила на жестокий розыгрыш или фантазию беллетриста. Она сама видела Морган несколько месяцев назад и готова поклясться, что та была беременна! И потом, как Гарри умудрился переспать с Тиффани и не понять, что рядом с ним не его жена? Частью своего рассудка Элизабет отвергала мысль о том, что это может быть правдой, и осуждала автора статьи за нечистоплотность и бесстыдство в погоне за дешевой сенсацией, на которые так падки любители желтой прессы, не имеющие доступа в высшие слои общества и поэтому жадно впитывающие любую скандальную информацию, порочащую аристократию. Но с другой стороны, она не могла не понимать, что подлинность имен, дат и свидетельских показаний, а также обстоятельность приведенного журналистского расследования говорят сами за себя и по крайней мере десятая доля его правдива. А если так, то что теперь будет с Гарри?

Элизабет отдала отцу «Таймс» и заперлась у себя в комнате со «Скетч». Ей многое предстояло обдумать. Она внимательно перечитала статью от начала до конца. Бедный Гарри! Любовное томление вдруг наполнило каждую клеточку ее тела, и она приложила руку к груди, чтобы умерить, неистовое биение сердца. Теперь его браку с этой вульгарной особой придет конец!

Она разгладила цветастое покрывало на кровати, и воспоминание о самой счастливой ночи в ее жизни вновь захватило все существо Элизабет! Гарри любил ее на этом ложе, здесь она отдала ему свою девственность. Как часто она обращалась мыслями к этому воспоминанию! А теперь…

Элизабет ласково провела рукой по постели и подошла к овальному викторианскому зеркалу в золоченой раме, висящему на стене. Она подколола выпавший из прически локон и оправила юбку. Завтра же она отправится к Лауре Эшли и купит несколько самых модных платьев из ее коллекции, затем зайдет в галерею и спросит у Джона, когда он ожидает возвращения Гарри. А потом немного искреннего дружеского участия, необходимого его израненной душе, потоки нежности и ласки, ограждающие от жестокого мира, — и дело сделано!

Элизабет улыбнулась своему отражению. Ее глаза возбужденно сверкали, а щеки покрывал румянец. Однажды счастье уже выскользнуло у нее из рук, больше этого не повторится.