— Мистер Келлерман! Как я рада, что вы приехали! Мальчики…

— Как они, Флоренс? — Хант поставил чемодан на пол и устремился в гостиную.

— Они смотрят телевизор. Как они огорчились и испугались, когда сперва вы уехали, а потом исчезла миссис Келлерман! Я не спала всю ночь, а когда вы позвонили утром и сказали, что скоро вернетесь, у меня камень с души свалился.

— Папа! Папа! — Гус и Мэт наперегонки бежали из гостиной, чтобы обнять и расцеловать отца. Хант поднял их обоих на руки и крепко прижал к груди.

— Привет… привет, — ласково улыбнулся он.

— Мы… мы думали, что ты нас бросил, — плакал Мэт. — А потом и мама уехала… — Он уткнулся в отцовское плечо и громко всхлипывал.

— Где ты был? И где мама? — спросил Гус, которого вид беспечно улыбающегося отца успокоил и одновременно рассердил.

Хант внимательно вгляделся в побледневшее лицо сына с обиженно поджатыми губами и увидел, что малыш борется с собой, чтобы не расплакаться.

— А теперь послушайте меня, ребята. Разве я не говорил вам, что никогда вас не оставлю?

Мэт утер нос ладонью, и они оба важно кивнули.

— Мама решила сделать мне сюрприз и прилетела в Лос-Анджелес, — продолжал Хант. — Она пробудет там еще несколько дней в гостях у друзей. О'кей?

Мальчики снова кивнули, и Хант потрепал обоих по макушкам.

— А теперь вам придется еще немного посидеть одним. У меня есть дела в городе. Если вы будете хорошо себя вести, мы вместе поужинаем, потом поиграем, а перед сном я почитаю вам книжку.

— Здорово! — сказал Гус, и его бледные щеки разрумянились. — А какие у тебя дела?

Хант нахмурился. Вначале он собирался поговорить с Глорией, а потом поехать в больницу к Тиффани, чтобы успокоить и поддержать ее.

— Мне нужно проверить, как идут дела с новым фильмом, — ответил Хант, ненавидя себя за то, что вынужден лгать. — Обещаю надолго не задерживаться.

— А во что мы будем играть вечером? — спросил Мэт и звонко чмокнул отца в щеку.

— Вечером и решим, — ответил Хант, усаживая малышей перед телевизором.

Теперь Хант знал наверняка — что бы ни случилось, он не сможет нарушить данное им слово. Он не оставит их. Это его дети, а значит, он в полной мере, несет ответственность за их будущее.

Тиффани проснулась в тот момент, когда в палату вошел Хант с огромным букетом белых орхидей. Ни слова не говоря он положил цветы на столик, обнял ее и нежно поцеловал. Этого он Джони не простит никогда! Мало того, что она едва не убила Тиффани, у нее хватило ума нанести раны самой себе, чтобы создать видимость алиби. Глория рассказала ему о дикой выходке жены во всех подробностях. Теперь никаких сомнений в том, что Джони серьезно больна психически, у него не оставалось.

— Не волнуйся, любимая, — прошептал Хант, склонившись к самому уху Тиффани и ласково поглаживая ее по щеке кончиками пальцев. — Все будет хорошо. Положись на меня.

Джо Калвин был взбешен до предела. Он метался из угла в угол своего роскошного кабинета на сорок девятом этаже Квадрант-хауса, как посаженный в клетку волк. Вместе с тем больше всего он напоминал павлина с ощипанным хвостом. В сотый раз за сегодняшнее утро он, почтенный президент корпорации, задавал себе один и тот же вопрос: чем он заслужил гнев Господа, наделившего его семьей, от которой одни расстройства и неприятности? К Морган, разумеется, это не относится. Она, к счастью, вся в него. В ней есть амбициозность и холодная расчетливость — такая своего не упустит. Одна поездка в Англию, и пожалуйста — девчонка без пяти минут графиня. Он не жалеет, что вложил в эту поездку кучу денег — траты себя оправдали.