— Я вот шел и думал. В лесу мы для них идеальная цель: только сунемся — и нам конец. Догнать мы их не догоним, и они могут стрелять, пока не попадут. Тут я вижу только один выход — надо выманить суми в ближний бой.

Фарлан все еще был полон скепсиса:

— Мысль хорошая. Может, еще скажешь как?

Поглощенный своей идеей, Ольгерд пропустил подколку мимо ушей:

— Что они сделают, если подстрелят нас?

Неожиданный вопрос заинтересовал Фарлана.

— Как обычно: оберут до нитки, а тела бросят на корм волкам.

— Притворимся, будто они попали. Пусть поверят. Подойдут, а тут мы…

Меч Ольгерда со свистом рассек воздух, и Черный с уважением посмотрел на юношу.

— Растешь на глазах, сынок! — Он уже не издевался. — Это надо обдумать.

— Да что там думать! Поймаем по стреле. Взмахнем руками и упадем. Они подойдут…

Ольгерд начал горячиться, но Фарлан его остудил. Он чувствовал: чего-то плану не хватает

— А если нет? Суми — они другие! Твой дед называл их «рыбья кровь», они могут просидеть в засаде и день, и два. Надо их зажечь, подцепить как-то, чтобы они осторожность свою, рыбью, потеряли!

* * *

Они шли по лесной тропе в полном вооружении. Стеганый льняной акетон под длинным до колен хауберком, на ногах кольчужные чулки — шоссы, под кованым шлемом койф, а на грудь повешен маленький круглый щит. Другой, большой, зажат в левой руке, а в правой — обнаженный меч. Ну и, конечно, по огромному мешку за плечами, куда же без них-то! Они шли с грохотом бронированного зубра, продирающегося через бурелом.

Стрелять начали не сразу. Первую стрелу Фарлан, идущий вторым, поймал на щит. По силе удара — били почти в упор. За деревьями мелькнула тень.

— Началось! Помоги нам, Пер Многорукий! — Черный даже не заметил, что за помощью обращается к великому богу вендов.

Стрелы уже не летели потоком, суми начали экономить — уж слишком много они растранжирили на реке. Теперь они выцеливали каждый выстрел.

Дзень! Стрела больно ударила Ольгерда в ногу чуть выше колена.

— Ничего, — усмехнулся парень, — так нас не возьмешь! — Открытыми для поражения оставались только лицо, часть шеи и ступни — во всех других местах кольчуга была не по зубам кремниевым наконечникам.

Суми готовили каждый выстрел, но подходить слишком близко опасались, а бить издалека мешали деревья, поэтому выбрать удобную позицию им было не так-то легко. Нужно уйти вперед, подготовиться, дождаться рокси. Неудачный выстрел — и все сначала! Чужаки не останавливались ни на мгновение. Неподготовленный выстрел — стрела на ветер. Собирать их некогда! Юные суми заводились, азарт охоты завладевал ими — еще раз, еще разок, и точно попадем!

Время летело, и напряжение росло. Фарлан не новичок в таком деле: каждый куст, группу деревьев, любую позицию, удобную для стрелка, он старался опознать заранее. Это пока спасало.

— Оли! Слева раздвоенная сосна. Берегись!

Ольгерд вовремя закрыл лицо щитом. Тук! С глухим стуком стрела вошла в деревянный край.

— Молодец, Оли! Вот когда ты научишься такие стрелы руками ловить, тогда Руголанд будет слагать о тебе саги.

Черный старался подбодрить парня, как мог, и пока все складывалось удачно, но с каждым мгновением становилось все яснее, что долго так продолжаться не может. Рано или поздно закончится плохо!

Фарлан заметил стрелка, когда тот еще накладывал стрелу. Шагов тридцать на глаз. То, что надо!

— Господи, Пер, пошли мне милость твою!

Фарлан незаметно переложил меч в левую руку. Он был готов! Каждый нерв в его теле звенел от напряжения. Вот суми натягивает лук. Дзень! Он как будто услышал звук спускаемой тетивы.