Не теряя времени, Чейз погрузил в меня головку члена и одним толчком заполнил собой.

‒ Че-е-ерт, ‒ простонал он и, наклонившись, снова нашел мой рот своим.

Он целовал меня долго и жадно, двигая лишь губами и языком, а не членом внутри меня. Однако мне после того, как он почти довел меня до края, но не позволил с него упасть, нужно было, чтобы двигался и он тоже.

Ощущения от того, как он наполнял меня, проникая сзади, были невероятными, но мне было необходимо больше.

‒ Чейз, можешь ты…

‒ Расставь ноги шире, ‒ хрипло прошептал он, прерывая меня. ‒ Я хочу быть как можно глубже.

Я не ставила под сомнение его приказ, а просто выполнила его, открывая себя для него так широко, как могла. В этот момент я больше не беспокоилась о том, что он мой босс, что мы находились в его офисе и о том, что могли подумать обо мне другие сотрудники. Единственное, что меня волновало – Чейз. И чтобы он начал двигаться внутри меня так, как я знала, он умеет, даря невероятные ощущения.

‒ Чейз… ‒ снова пролепетала я.

‒ Скажи это. Скажи, что хочешь меня. Прямо здесь и сейчас!

‒Я хочу. Хочу. Пожалуйста… Пожалуйста, двигайся!

Я захныкала, когда Чейз отодвинулся и вернулся обратно. Затем он вытащил свой член почти на всю длину и, слегка наклонившись, загнал его в меня так глубоко, что достиг, кажется, таких мест в моем теле, о которых я сама не знала, одновременно стимулируя нужную чувствительную точку.

Я снова почувствовала приближение оргазма, и пришел он ко мне с удвоенной силой, словно злясь, что в первый раз ему не дали прорваться сквозь мое тело и желая убедиться, что сейчас уже ничто его не остановит.

Мое тело затряслось, когда Чейз начал вдалбливаться в меня все сильнее, резче и глубже.

‒ Давай, Риз, давай!

Его охрипший от напряжения голос стал тем, что подтолкнуло меня к краю.

Как только я начала стонать его имя, Чейз поцеловал меня, и к тому времени, когда последние сладкие судороги встряхивали мое тело, мне показалось, что он не только буквально поглотил мой оргазм, но и поглотил меня… целиком.

Когда мои судорожные полувсхлипы-полустоны стали полноценными вдохами и выдохами, а резкие взлеты и падения груди Чейза, прижимающейся к моей спине, замедлились, Чейз нежно поцеловал меня в губы и ушел в ванную комнату, чтобы вернуться с теплой влажной губкой и вытереть меня.

Только я удовлетворенно вздохнула, чувствуя себя насытившейся и расслабленной, как раздался стук в дверь кабинета.

Когда Чейз пошел открывать дверь, я убежала в ванную комнату его кабинета и теперь, рассматривая свое отражение в зеркале, не сомневалась, что поступила верно. А уж когда услышала голос Саманты, окончательно утвердилась в правильности своего решения.

Безмятежность, которую я ощущала еще три минуты назад, испарилась, уступив место ее злому другу – паранойе.

Чувствуя себя чертовски уязвимой, я на цыпочках подошла к двери, прижалась к ней ухом и услышала вопрос Саманты:

‒ Что ты здесь делал?

‒ Разговаривал по телефону.