— Четвертое платье назад припер! — обличительно прищурилась румяная девица. — Вот, полюбуйтесь, это тот самый, про которого мы с Иркой вам рассказывали! Он уже целый месяц раз в неделю платья жене берет, а ей ничего не подходит. Вы, Лидь Петровна, хозяйка магазина, вы с ним и разбирайтесь.

 — Я известный адвокат Анатолий Буйский! Мое имя хорошо известно в адвокатской коллегии Москвы! Если деньги не вернете, будете разговаривать в другом месте и с другими людьми! — принялся стращать владелицу «Моды Италии» скандальный клиент.

 Почти физически ощущалось, как черные тучи сгущаются под подвесным потолком бутика, и по тому, какими взглядами смотрели продавщицы на адвоката Буйского,  <style name="FontStyle66">я поняла,   что нам пора уходить. В первую секунду Лидия Петровна нахмурилась, но затем повела себя на удивление корректно. Она подхватила разошедшегося мужика под руку и, поглаживая по плечу, примирительно заговорила:

 — Господин Буйский, зачем нам ссориться? Давайте решим вопрос полюбовно. Только что пришла новая коллекция. Сейчас мы вернем вам денежки, и вы, возможно, подберете у нас для супруги что-нибудь другое, более достойное и нарядное…

 Адвокат выдохнул носом и согласился. Хозяйка магазина подхватила покупателя под руку и устремилась с ним к дверям. Представление закончилось, и дети утратили к нему всякий интерес. Первым ринулся на выход Ромка. Парень зацепился в дверях за стойку накопителя и, опрокинув на себя перекладину с блузками, растянулся на полу. Но мальчишку это ничуть не смутило. Роман поднялся на ноги, отряхнулся, перешагнул через упавший товар, выскочил из павильона и понесся в магазин видеодисков и компьютерных игр. За ним вприпрыжку припустила Светик. А нам с Лизаветой битый час пришлось под руководством продавщицы Любаши развешивать упавшие вещички и только потом догонять остальных.

 — Я бы такому уроду денег возвращать не стала, — бурчала Лизка, переходя от одного стеллажа с дисками к другому. — Подумаешь, адвокат! Платье реально воняет, как портянки пахаря! А жалко, платьице-то прямо на меня. Представляю себе, как бы я заявилась в нем в «Аскольдову могилу». Все бы готичные парни попадали со своих стульев.

 — Дались тебе эти депрессивные перцы, — неодобрительно заметила я, рассматривая выложенные на прилавке новинки.

 — Ты старая и ничего не понимаешь, — огрызнулась девчонка. — Я в Инете читала, что готическая культура — это целая философия. Как известно, все люди боятся загробного мира, и только готы вступают с потусторонними силами в особые отношения. Самые продвинутые из них могут вызывать духов и разговаривать с призраками. Я бы тоже хотела разговаривать с призраками. Пусть бы они мне сказали, как закадрить физика и утереть нос гадюке Зориной из десятого «Б». А платье клевое, скажи, Марго? Я в одном фильме точно такое же платьице на королеве вампиров видела. Это какую же подлую душу надо иметь, чтобы такую шикарную шмотку — и так загадить! Эй, послушайте, у вас есть что-нибудь готическое? — слегка гнусавя, обратилась Лиза к бородатому продавцу, окончательно входя в образ адептки темных сил. Бородач стоял за прилавком и, запустив руки по локоть в картонную коробку, уныло ковырялся в компакт-дисках.

 — Сейчас хозяин со склада придет, у него и спросите, — нехотя ответил он и, скривив лицо в деловитую мину, продолжал свое занятие, игнорируя загадочность покупательницы.

 Девчонка фыркнула и отошла в сторону. За ней двинулась и я, глазами отыскивая младших Кашкиных. Светик копошилась у стеллажа с мультиками, а вот Ромки нигде не было видно.