— Вы что, совсем ничего не понимаете или только прикидываетесь дурочкой? — стоя на пороге кабинета, сердито гаркнула она на весь коридор. — Что вы себе позволяете? Во время консультации врываетесь в кабинет и ставите меня перед клиентом в дурацкое положение!

 — Но Ромка и правда пропал! — захлопала я глазами, не зная, что еще сказать в свое оправдание.

 — Детям свойственно убегать из дома, — назидательно сообщила мать пропавшего мальчика, поворачиваясь ко мне спиной, чтобы вернуться к своим обычным делам. — А на будущее я попрошу вас ни при каких обстоятельствах не беспокоить меня во время работы, — бросила она через плечо.

 Тут мне стало окончательно ясно, что Нинок мне не помощник. Не на шутку озадаченная, я отправилась на кухню, чтобы посоветоваться с бабой Зиной. Выслушав мой сумбурный рассказ о тревожном происшествии, помощница по хозяйству только махнула тряпкой и уверенно проговорила:

 — Должно быть, к цыганам подался наш Ромка.

 — Почему к цыганам? — удивилась я.

 — Так в августе он уже кочевал с цыганами, — не моргнув глазом, пояснила домработница.

 — Как странно! — протянула я, стараясь скрыть недоверие, сквозившее в моем голосе. — А мне казалось, что мальчишка увлекается драконами, а к цыганам равнодушен…

 — Так из-за драконов он к цыганам и сбежал! Ромка где-то вычитал, что цыгане знают секретные места драконьих кладок. И отправился прямиком на Казанский вокзал, где прибился к двум цыганкам, промышлявшим гаданием на кофейной гуще в привокзальном кафе. Гадалки его и взяли с собою в табор. Мы тогда всю милицию на ноги поставили, а через неделю цыганский барон лично Ромку за руку домой привел. Сказал, что сил его больше нет терпеть сварливый нрав этого мальчика и бесконечные вопросы, на которые ни у кого нет ответов. И очень просил оградить их табор от этого ребенка. Даже денег предлагал. Но Ромка сказал, что так просто им от него не отделаться, пригрозил, что хорошо запомнил дорогу и всегда может их найти, если понадобится. А на днях я ездила в деревню к тетке, зашла на вокзале в кафе, ну, и спросила про тех цыганок у буфетчицы. Она по секрету сказала, что цыгане продали дома, снялись с насиженного места и ушли от греха подальше, куда глаза глядят. Но Ромка этого не знает. Мог и убежать к ним про инопланетян узнавать.

 — А что, по последним данным науки, цыгане обладают какими-то тайными сведениями об инопланетянах? — только и смогла вымолвить я, совершенно выбитая из колеи рассказом бабы Зины.

 — Почем я знаю? — пожала плечами старушка. — Ведь это же чудо чудное, а не мальчишка, кто знает, что ему в голову взбредет!

 Объяснения бабы Зины меня успокоили, и я, нарисовав в альбоме Светика два клена и три рябинки, с чистой совестью отправилась на свидание с Иваном.

 На следующий день я приехала к школе, чтобы узнать, есть ли новости насчет исчезнувшего Ромки. Лизавета поджидала меня у гардеробной учеников младших классов, где раскачивалась на вешалках Светик. Заметив среди толпы орущих школьников трагические глаза актрисы немого кино, которые Лизка теперь рисовала на присыпанном пудрой лице, я устремилась к девчонке и тут же засыпала ее вопросами.

 — Ну что, Лиз, Ромка объявился? — даже не здороваясь, стала я теребить Лизавету. — Где он был? Здоров? С ним все в порядке?

 Лизка безразлично пожала плечами и поднялась с банкетки, где удобно расположилась с толстой тетрадью на коленях и переписывала в нее что-то из учебника.

 — Приветик, Марго. А я знаешь, чего тебя жду-то? Я хотела спросить — когда мы за готичными тряпками поедем? Помнишь, ты мне обещала подарить прикольные платьица и костюмы?

 — Конечно, помню, — согласилась я, здорово смущаясь, что голова моя теперь забита Иваном и обо всем другом я напрочь позабыла.