— Я совсем не собиралась этого делать, — говорила Даниэль. — Когда я вернулась из Озерной области, я все собиралась тебе сказать, что между нами все кончено, что это была ошибка...

— А почему ты передумала?

— Не знаю... Много почему. Мы так долго были вместе... и вчера мне тебя так не хватало... Странно... И Литси так тебя уважает... Бетси говорит, что мне повезло... А жена Джо... Ее стошнило, знаешь... Такое волнение... Ее бросало то в жар, то в холод, а она еще беременна... И я ее спросила, как она может жить в таком страхе... А она сказала, что, если бы ей пришлось выбирать между страхом за Джо и жизнью без страха и без Джо, она, конечно, выбрала бы первое.

Я прижал ее к себе. Я чувствовал, как колотится у нее сердце.

— А сегодня я бродила по ипподрому, смотрела на все это и думала, хочу ли я жить такой жизнью: ипподромы, ипподромы, зима, холод, вечная тревога... каждый раз смотреть, как ты садишься в седло, не зная, будешь ли ты жив через полчаса, и не думая об этом... и так раз пятьсот-шестьсот каждый год... Я смотрела на других жокеев, которые шли в паддок... Они все такие же, как ты, — спокойные, словно в офис идут.

— Нет, что ты! Это куда лучше, чем офис.

— Да, для тебя лучше. — Она поцеловала меня. — Скажи спасибо тете Касилии: это она меня пристыдила и заставила снова поехать на ипподром. Но все-таки главное — это жена Джо. Я представила, каково это будет — жить без тебя... Жить без страха и без Кита, как она сказала... И я решила, что лучше выбрать страх.

— А потом не стошнит?

— Вечное волнение... Она сказала, что всем женам рано или поздно приходится через такое пройти. Подозреваю, что и некоторым мужьям тоже.

«Странно, — подумал я, — как может перемениться вся жизнь за какую-то минуту!» Все уныние прошлого месяца улетучилось, как паутина, которую смахнули веником. На сердце у меня было легко, я был сказочно счастлив, даже больше, чем в самом начале. Быть может, человеку действительно необходимо утратить и снова обрести самое дорогое, чтобы испытать подобную радость.

— А ты не передумаешь? — спросил я.

— Не передумаю, — ответила она. Большую часть оставшегося времени она доказывала мне серьезность своих намерений, насколько это было возможно в такое время в таком месте.

В конце концов я проводил ее в студию и поехал обратно на Итонсквер в состоянии блаженной эйфории. Впрочем, я успел вовремя вернуться с небес на землю, чтобы аккуратно поставить машину на обычное место перед гаражом. Я выключил мотор и некоторое время сидел, рассеянно разглядывая свои руки и думая о том, что может ждать впереди. Меня слегка передернуло. Я позвонил в дом. Литси снял трубку сразу, словно ждал звонка.

— Я в переулке, — сказал я.

Глава 20

Мы не знали, как он явится, когда и явится ли вообще.

Мы дали ему возможность и повод. Сообщили место и время, когда он сможет наконец убрать со своего пути непреодолимое препятствие. Но примет ли он это косвенное приглашение? Бог весть... Анри Нантерр... Само это имя звучало угрожающе. Я думал о том, что он был в Виндзоре и пытался добраться до Даниэль. Быть может, до сегодняшнего дня он даже не знал ее в лицо.

Правда, он видел ее в прошлый понедельник, но это было ночью, и выследил он ее по машине, а не по внешности.

Вероятно, он видел ее в Брэдбери с Литси, но, возможно, лишь издалека. Он должен был знать, что девушка рядом с Литси — это она, потому что Беатрис сообщила ему, что они едут туда со мной.