— А я так ждала Большого национального, — сказала она. — Так надеялась...

— Знаю. Я тоже.

— Ничего, вы все равно будете участвовать. На чьей-нибудь еще лошади.

— Это не то.

Она похлопала меня по руке — почти машинально.

— Так бессмысленно! — горячо сказала она. — Так глупо! Муж никогда не станет торговать оружием ради того, чтобы спасти моих лошадей. Никогда!

Я даже просить не стану. Бедные мои лошадки...

Некоторое время она боролась со слезами. Несколько раз всхлипнула, сглотнула, но в конце концов ей удалось справиться с собой. Когда мы приехали на Итон-сквер, она пригласила меня в гостиную выпить стаканчик виски, «чтобы поднять настроение».

Однако нам пришлось пересмотреть свои планы. Гостиная была не пуста.

В креслах сидели двое, которые встали, когда вошла принцесса: принц Литси и Даниэль.

— Дорогая тетушка! — сказал принц. Он поклонился принцессе, поцеловал ей руку, потом в обе щеки. — Доброе утро.

— Доброе утро, — ответила принцесса слабым голосом и поцеловала Даниэль. — А я думала, что вы вернетесь только поздно вечером.

— Погода была ужасная, — ответил принц, пожимая руку мне. — Дождь.

Туман. Холодно. Вчера вечером мы решили, что с нас довольно, и утром, еще до завтрака, уехали.

Я поцеловал Даниэль в шелковистую щеку. Мне хотелось большего. Она коротко взглянула мне в глаза и сказала, что Даусон сообщил им, что я сейчас живу в особняке. Мне было плевать на Даусона. Я не виделся с ней три недели. Однако при принцессе эмоции приходилось сдерживать. И я помимо своей воли вежливо поинтересовался, как ей понравились лекции. — Лекции были классные!

Принцесса предложила нам троим выпить по рюмочке, пока она сходит наверх, к мужу.

— Разлейте, пожалуйста, — сказала она племяннику. — А вы, Кит, расскажите им, пожалуйста, обо всем, что произошло, хорошо? Видите ли, мои дорогие... такие ужасные новости...

Она сделала неопределенный жест и удалилась, по-прежнему прямая и стройная.

— Кит? — обратился ко мне принц.

— Сэр...

Мы стояли лицом к лицу, как бы оценивая друг друга. Он был старше на десять лет и повидал куда больше моего. Принц Литси был крупным мужчиной, с большой головой, полными губами, решительным профилем и умными светлыми глазами. Светло-каштановые волосы, на лбу отчетливо начинающие редеть, крепкая шея, выступающая из кремовой рубашки с открытым воротом. Да, память меня не обманула. Он действительно смотрелся впечатляюще. В последний раз мы виделись где-то год назад.

Ну, а принц видел перед собой человека с курчавыми каштановыми волосами, светло-карими глазами и очень худого — жокей не может себе позволить набирать лишний вес. Возможно, он видел перед собой чудака, у которого он, принц Литси, отбил невесту, соблазнив ее радостями духа, доступными лишь посвященным. Но, если так, надо отдать ему должное: на его лице не отражалось ни триумфа, ни насмешки.

— Давайте выпьем, — сказала вдруг Даниэль. Она присела в кресло. Литси...

Он еще несколько мгновений смотрел на меня, потом отошел к бару и занялся бутылками. Я подумал, что разговаривать нам с ним доводилось только на ипподромах, и все наши разговоры ограничивались светской болтовней. А на самом деле мы друг друга почти не знали.

Литси, не спрашивая, налил Даниэль белого вина, а нам с ним — шотландского виски.

— Устроит? — спросил он, протягивая мне стакан.

— Да, сэр.

— Зовите меня просто Литси, — беспечно разрешил он.