— Не бывать ему ни сэром Мейнардом, ни лордом Аллардеком, а все по милости Кита Филдинга!

— Черт побери, как же он пронюхал?

— Не знаю... — неловко ответил лорд Вонли. — Не через меня, могу вас заверить. Я ни единой душе не говорил. Но каким-то образом пошли слухи.

Видимо, кто-то из отдела... ну, вы знаете, как это бывает.

Я смотрел на него со страхом.

— И давно он узнал?

— Наверное, на прошлой неделе. — Он виновато покачал головой. — Я услышал об этом сегодня утром на собрании совета благотворительной организации, в которой состоим мы с Аллардеком. Он, разумеется, председатель. Ну, помните, помощь семьям больных и нуждающихся чиновников...

Еще бы мне не помнить! Именно с помощью этой благотворительности Мейнард рассчитывал прорваться к рыцарскому титулу...

— Но ведь никто из вашей организации этого фильма не видел? — с тревогой спросил я.

— Нет-нет, что вы! Они просто слышали о его существовании. И, видимо, кто-то из них спросил об этом у самого Аллардека.

«О господи! — подумал я. — И как оно просочилось?»

— Я подумал, что вам стоит знать, — сказал лорд Вонли. — И, не забывайте, я заинтересован в этом фильме не менее вас. Если он разойдется, мы утратим контроль над ситуацией.

— А Мейнард утратит репутацию праведника.

— Он прекрасно обойдется и без нее.

— Единственные копии, — сказал я, — это те, которые я отдал вам и в отдел государственных наград, и те три, что лежат в банке. Если вы и люди из отдела наград его никому не покажете... Я просто не могу поверить, что они это сделают! — воскликнул я, не сдержавшись. — Они ведь сами так старались, чтобы все было тихо...

— Я подумал, что стоит вас предупредить.

— Да, хорошо, что вы это сделали.

Я подумал, что это объясняет многое в нынешнем поведении Мейнарда.

Учитывая то, как он должен сейчас беситься, удивительно, что он всего лишь столкнул меня с лестницы...

Но, с другой стороны... Фильм по-прежнему у меня и пока еще не стал достоянием широкой аудитории. Вряд ли Мейнард захочет, чтобы этот фильм разошелся, несмотря на то, что он уже многое из-за него потерял.

Лорд Вонли извинился перед принцессой за то, что захватил ее жокея, и спросил, интересует ли меня новая информация о Нантерре.

— Да, пожалуйста! — сказал я.

Он кивнул и сказал, что поиск в базах данных продолжается.

— Какие-то проблемы? — спросил Литси у меня из-за плеча, когда лорд Вонли ушел.

— Это проблемы с Аллардеком, а не с Нантерром, — улыбнулся я. Улыбка вышла кривая. — У Филдингов уже несколько веков проблемы с Аллардеками. Нантерр — дело более срочное.

Мы посмотрели последнюю скачку. Лично я смотрел ее довольно невнимательно. Потом в должном порядке отправились на автостоянку. Литси с Даниэль дезертировали из «роллс-ройса», сказали, что поедут со мной.

По дороге к автостоянке я несколько раз останавливался, чтобы дать отдохнуть больной ноге. Никто ничего по этому поводу не говорил, но, когда мы подошли к машине, Даниэль решительно заявила:

— За руль сяду я. А ты будешь говорить, куда ехать.

— Тут левая нога не нужна, коробка передач автоматическая, — заметил я.

— За руль сяду я! — повторила Даниэль. — Я уже водила твою машину.

В подобных же обстоятельствах.