|
Вложив слишком много сил в этот удар, он не смог удержаться на месте, когда коса испарилась из его рук, и кубарем полетел прямиком в противника. Впрочем, тот уже был изрядно потрепан и обессилен, так что даже небольшого веса Виктора оказалось достаточно, чтобы окончательно свалить мага. Оказавшись сверху, Виктор выхватил последнее оружие, что еще оставалось с ним. Револьвер мог не только стрелять. Благодаря немалому весу он превратился в прекрасный вариант булавы. Тяжелая рукоять раз за разом, замах за замахом, начала опускаться на голову противника, вдребезги разбивая его лицо. — И вот так будет с каждым. — под конец прохрипел обессиленный паренек, почувствовав, что лежащее под ним тело все же обмякло, на что потребовалось три десятка ударов.
— Хвост Феи. — неверяще пробормотала Эльза, смотря на своего старого знакомого и не узнавая его. От беспомощного Оука в представшем перед ней пареньке не осталось ровным счетом ничего, кроме лица. Лица, в данный момент забрызганного кровью. Впрочем, кровью оказались забрызганы и обе его руки, а со сжимаемого им непонятного оружия красная жидкость падала на пол частой капелью.
— Не беспокойся, Эльза. — осмотрев себя, хмыкнул Виктор, — То, что рассказывал про гильдию Роб оказалось чистой правдой. Они все там хорошие люди. Там я смог обрести вторую семью. И так грубо — он продемонстрировал окровавленную рукоять револьвера, — никто из них не стал бы действовать. Они бы точно смогли обойтись без лишних жертв. Это я одна такая сволочь, которой не жалко человеческой жизни. Что поделать? — развел он руками, — У меня было тяжелое детство.
— Оук, не надо так о себе говорить. — заметно подрагивающим голосом попыталась возразить Эльза.
— Не Оук, Эльза. — грустно усмехнулся Виктор. — Оук умер три года назад. Остался только я — Виктор.
— Виктор, а где остальные феи? Где Макаров? — вовремя решил вмешаться Роб.
— Мастер ждет меня на берегу. А остальных я не стал вовлекать в столь опасное дело. Просто, я до сих пор не знаю, где именно мы находимся, а доставить сюда Макарова тем способом каким попал сюда я, мне не хватало сил. Вот и пришлось возвращаться в гордом одиночестве.
— Так это ты отключил ошейники и кандалы?
— Ага! Годы подготовки не пошли насмарку! — он от души пнул валявшийся под ногами ошейник, — Или я не прав?
— Прав, Виктор. — пустив скупую слезу, кивнул Роб. — Ты молодец, мой мальчик. Ты все правильно сделал. А это. — он окинул взглядом лежавшие вокруг неподвижные тела, — Это не ты такой. Просто жизнь не оставила тебе иного выбора.
— Выбор есть всегда. — хмыкнул в ответ Виктор. — Можно поднять лапки и сдохнуть на радость врагу, а можно… — не договорив, он продемонстрировал свой револьвер. — Я свой выбор сделал. Полагаю, время покажет насколько верным он был. А теперь… — договорить он не успел и свалился, подергиваясь от пробивавших тело разрядов — подкравшийся со спины и незамеченный враг все же смог достать того, кто стал причиной разразившихся в строившейся башне беспорядков.
— Джерар!? Что ты делаешь!? Это же Оук! — уставился в немалом удивлении на синеволосого паренька Роб.
— Я знаю. — ухмыльнулся тот и выстрелил из посоха в старика. Тот все еще прикрывал своим телом Эльзу и потому даже не дернулся, чтобы уйти с линии атаки.
— Джерар! — смотря широко распахнутыми глазами на своего лучшего друга, Эльза отказывалась понимать, то, свидетелем чего она стала. — Это же свои!
— Смотря для кого. |