– Мы сейчас постоянно воссоздаем эти сказки. Те же сюжеты, но иные персонажи. Эта книга – бестселлер, в ней повествуется о розыске серийного убийцы, который ритуально расчленяет тела своих жертв. Это одна из сказок наших дней. Да, это современные сказки, только вместо эльфов, гномов и скверных волков из темных уголков леса в них фигурируют каннибалы, расчленители тел и похитители людей. Свои ужасные дела они творят теперь не в лесу, а в темных закоулках больших городов. Мы склонны скрывать зло за необычными одеждами и подавать его в виде экзотических образов. В наших книгах и фильмах действуют инопланетяне, акулы, вампиры, призраки, колдуньи. Но суть дела состоит в том, что существует зверь более злобный, более хищный и более опасный, чем те, которые когда либо появлялись в природе. Эти звери – мы. Человек не только главный хищник на планете, он – единственное создание, которое убивает, чтобы получить сексуальное удовлетворение, и ради того удовольствия, которое получает от процесса убийства. Объединившись в группы, люди убивают других людей, следуя религиозным, политическим или социальным догмам. В мире нет существ более опасных, чем те простые мужчины или женщины, которых вы встречаете на улице. Но все это вам наверняка известно, учитывая характер вашей работы. Итак, все эти ужасные легенды, все сказки, вся наша вера в существование великого зла есть не что иное, как вуаль на том зеркале, в которое мы вынуждены смотреть каждый день.

Вайс опустился в кресло и жестом предложил Фабелю поступить так же.

– Более всего нам следует опасаться своих соседей, своих родителей, равно как мужчин и женщин, сидящих рядом с нами в вагоне подземки… Нам надо опасаться самих себя. Нам почему то очень трудно взглянуть в лицо этим до чудовищности банальным фактам. – Вайс повернул стоявшую на столе фигуру так, чтобы оскаленная морда зверя была обращена к Фабелю, и сказал: – Это то, что находится внутри нас, герр криминальгаупткомиссар. Мы есть не что иное, как большие злые волки.

Фабель сел и посмотрел на скульптуру. Ее отвратительная красота одновременно манила и отталкивала. Фабель, как никто иной, знал, что все сказанное Вайсом – правда. Подтверждение словам писателя он ежедневно видел в собственной работе. Его поражала чудовищная изобретательность человеческого ума, когда дело касалось средств и методов истязания своего ближнего. Средств и методов убийства.

– Итак, вы говорите, что серийный убийца – явление не новое, – сказал сыщик. – Просто в свое время они так не назывались?

– Именно. Все мы, герр Фабель, страдаем чрезмерной самоуверенностью. Каждый из нас, входя в этот мир, верит, что открывает его заново. Однако печальная истина заключается в том, что мы все – не более чем вариация на одну и ту же тему… или в лучшем случае продукт общего исторического опыта. Добро и зло появились в этом мире вместе с рождением первого человека. Они эволюционируют вместе с нами. И именно к ним уходят корни древних народных сказок и мифов. Братья Гримм сказок не создавали, они их просто фиксировали. Ни одна из сказок не является их творением. Все они суть древние народные сказания, добросовестно записанные братьями в ходе их лингвистических изысканий. Существование этих сказаний и содержащиеся в них предупреждения: «никогда не удаляйся от дома» и «опасайся незнакомцев» – со всей ясностью указывают на то, что серийные убийцы вовсе не являются побочным продуктом современной жизни, что они существовали на протяжении всей истории. И эти заповеди были порождены реальными событиями. В основе сказок лежат настоящие похищения и убийства. То же самое справедливо и в отношении ликантропии. Миф о вервольфах был порожден неспособностью прошлых поколений увидеть, определить или понять проявления психопатии. Все признают, герр Фабель, что мы часто создаем вымышленные образы, основываясь на фактах.