Лишь гобелен на шпалерах был абсолютно белым, лишенным всех цветов.

Мёртвые офицеры лежали вокруг стола, кроме одного, кто первым бросился к двери. Он лежал возле выхода, схватив рукой засов. Эцио подошел к нему. Чтобы пройти, нужно было сдвинуть офицера в сторону.

Ассасин уже оттащил его, когда случайно взглянул ему в глаза.

Лучше бы он этого не делал – этот взгляд он уже никогда не сможет позабыть.

– Покойся с миром, – произнес Эцио, с дрожью осознав, что на самом деле у Яблока была такая сила, которая, если дать ей волю, могла контролировать умы людей, и которая могла открывать немыслимые возможности и миры.

И сеять разрушения настолько ужасные, что их невозможно было даже вообразить.

ГЛАВА 46

Конклав колебался. Несмотря на все усилия кардинала делла Ровере перехитрить Чезаре, у того хватило влияния, чтобы сдержать кардинала. Страх или личная заинтересованность заставляли кардиналов медлить с принятием решения. Макиавелли предположил, что они пытаются отыскать такого кандидата, который удовлетворил бы все стороны, и избрание которого было бы по возможности единогласным. Временного Папу – пока баланс сил не будет восстановлен.

Поэтому Эцио обрадовался, когда через несколько дней затишья, Клаудия принесла на Тиберину новости.

– Кардинал Руаны, француз, Жорж д’Амбуа, заявил… под давлением… что Чезаре собирается встретиться с союзниками-тамплиерами за пределами Рима. Сам кардинал тоже собирался туда.

– Когда?

– Вечером.

– Где?

– Место встречи будет держаться в секрете до самой последней минуты.

– Тогда я пойду в резиденцию кардинала и прослежу за ним.

– Они избрали нового Папу, – сообщил Макиавелли, врываясь в комнату. – Твой любимчик, французский кардинал, Клаудия, сегодня сообщит Чезаре эту новость. Собственно, вместе с ним отправится небольшая группа кардиналов, по-прежнему поддерживающих Борджиа.

– И кто новый Папа? – Спросил Эцио.

Макиавелли улыбнулся.

– Как я и думал, – проговорил он, – это кардинал Пикколомини. Ещё не старик – ему всего шестьдесят четыре, – но у него плохое здоровье. Он избран под именем Пий III.

– Кого он поддерживает?

– Мы не знаем, но все иностранные послы уговаривали Чезаре на время выборов покинуть Рим. Делла Ровере в ярости, но он умеет ждать.

Оставшуюся часть дня Эцио советовался с Бартоломео, а потом вместе с ним собрал объединенный отряд из рекрутов и наемников – достаточно сильный, чтобы противостоять любым силам, которые выставит в битве Чезаре.

– Всё-таки хорошо, что ты не убил Чезаре во дворце, – сказал Бартоломео. – Теперь он призовет к себе всех своих сторонников, и мы сможем выпустить им кишки. – Он посмотрел на Эцио. – Доберись до него, друг мой. Ты же наверняка так всё и планировал.

Эцио улыбнулся. Он вернулся к себе, пристегнул на запястье пистолет и спрятал в поясной кошель двойной клинок.

С небольшой группой подручных Эцио шёл в авангарде, остальная часть их войска двигалась далеко позади. Кардинал Руаны вместе со своими товарищами и их свитой выехали после обеда, и Эцио со своими всадниками отправился следом, держась на безопасном расстоянии.