— Мне только жаль, что я не знала правды, — мягко сказала она, думая о своем разрушенном браке и жалея, что недостаточно хорошо понимала Джеффа. Но это было уже чересчур. А теперь он предложил заново отделать коттедж.

— У тебя был бы прекрасный офис, Сара. На первом этаже располагались бы несколько комнат, а мансарду можно было бы оборудовать под мастерскую.

Он действительно все обдумал, отметила она про себя, представляя мастерскую под нависающим карнизом крыши.

— Вообще-то я сейчас редко занимаюсь настоящей работой, — призналась она, все еще находясь во власти этого видения, — хотя с удовольствием занялась бы ею вновь. Теперь я, пожалуй, больше работаю с карандашом и бумагой, оформляю дизайн и модифицирую фасоны применительно к личности заказчика или моде.

Она взглянула на Джеффри, который подбодрил ее.

— Ты можешь заниматься всем, чем пожелаешь, Сара, как ты не понимаешь? Ты можешь устроить в коттедже свой офис, пригласить какой угодно персонал, наведываться в Нью-Йорк по своему усмотрению. Это внесло бы в твою, жизнь дополнительное разнообразие… при доброжелательном отношении.

Доброжелательное отношение… К неудовольствию Сары, перспектива ясно обозначилась на горизонте.

— Не знаю. — Она боролась с искушением. — Но есть и другие… другие вещи.

— Назови хоть одну.

Она бросила на него острый взгляд. Если он рассчитывает, что она легко сдастся, как это сделала бы прежняя Сара, то его ожидает разочарование. — Мои друзья, например. — Сара приняла непроницаемый вид.

— Ты, будешь с ними встречаться, приезжая в Нью-Йорк, то есть весьма часто. Назови другие препятствия.

— Моя… светская жизнь.

— Так, значит, у тебя кто-то есть? — Джеффри знал, что кто-то должен быть, но услышать это из ее уст было неприятно. Он, казалось, не мог избавиться от собственнического чувства. В каких обстоятельствах оно проявилось!

— Есть множество этих «кто-то», — спокойно подтвердила Сара. — Добрые друзья, которые хорошо меня знают, обладают достаточным терпением и понимают, что работа у меня на первом месте. Но есть определенные светские мероприятия, на которых я должна присутствовать.

— Я буду тебя выводить.

— В Нью-Йорке?

Он галантно улыбнулся.

— Если только ты не изменишь место проведения этого мероприятия. — Потом этот вымученный юмор оставил его. — Но я был бы твоим мужем, Сара, и не мог бы допустить, чтобы тебя сопровождал другой мужчина, особенно учитывая цель нашего брака. Если тебя будут видеть с другими мужчинами, это заставит любого судебного социального работника серьезно усомниться в стабильности семейной жизни, которую мы предлагаем Лиззи.

Напряжение, угадывавшееся в уголках его губ, свидетельствовало о том, что Джеффри не намерен делать уступки в данном вопросе. Но, если на то пошло, подумала Сара, она бы и не хотела подобных уступок. Одной половине ее «я» импонировала идея ввести Джеффри в круг ее друзей. Другая говорила, что она сошла с ума; эта-то половинка и заставила ее высказаться, хотя и по несколько отвлеченному вопросу.

— А разве социальный работник одобрит домашний уклад семьи, в которой мать летает туда-сюда через всю страну?

Джеффри и сам об этом подумал и теперь высказывал свои заключения медленнее, вновь устраиваясь в ногах у нее на кровати.

— Поэтому я и хочу, чтобы ты открыла здесь представительство, и тогда ты смогла бы проводить здесь, по крайней мере, часть рабочей недели, а не только уик-энд.