|
Станет мужчина, тем более грабитель, ставить о чем-то в известность какую-то рабыню? — Но раз ты перепрятал камень, не сказав мне ни слова, значит, и ты отнесся ко мне как к рабыне. Разве не так, Джейсон? — Возможно, я спас тебе жизнь, — указал я. — Свободную женщину разбойник, скорее всего, не оставил бы в живых. — Понятно, — буркнула она. — Кроме того, я оказался прав, предположив, что в случае чего ты немедленно разболтаешь секрет первому, кто как следует тебя прижмет. Между тем очень важно, чтобы топаз не попал к Поликрату и силы пиратов с западного и восточного течения Воска не объединились. Этому необходимо помешать всеми возможными средствами. Я резонно рассудил, что, не зная истинного местонахождения топаза, ты не сможешь о нем проболтаться. Чем меньше знаешь, тем спокойней. — Ты относишься ко мне как к рабыне, Джейсон? — спросила Беверли. — Я решил, что всякий, кто может наведаться в мой дом в поисках топаза, отнесется к тебе именно так. По понятиям горианцев ты принадлежишь к типу красивых, чувственных женщин, которым самой природой предназначено быть рабынями для наслаждения. К тому же не забывай, твое левое бедро украшает прелестное клеймо. — Ты считаешь меня рабыней, Джейсон? — С чего ты взяла? — Ты так и не развязал меня. Оставил связанной, причем так, как связывают рабынь. Я промолчал. — Я совершенно беспомощна. Воспользуйся этим, если желаешь. Я не сказал ни слова. — Тогда развяжи меня, — попросила Беверли. — Нет, — сказал я. — Почему? — Связанной ты выглядишь очень хорошо. Как настоящая рабыня. — Может быть, все дело в том, что я и есть рабыня? — Может быть. — Ты наказываешь меня? — Да, — сказал я. — Но при этом не считаешь своей рабыней? — Ты женщина с Земли, как же ты можешь быть рабыней? — Вот именно, я женщина с Земли. Как же я могу не быть рабыней? Я повернулся и направился к двери. — Где топаз, Джейсон? — крикнула Беверли мне вдогонку. — Предпочту тебе об этом не рассказывать. — Ну конечно, зачем твоим рабыням знать такие вещи? — Ты не рабыня, Беверли. Если бы я думал иначе, ты бы об этом быстро узнала. — Занятно, — обронила она. Я оглянулся и смерил ее взглядом. Что ни говори, а хороший стальной ошейник с надписью, удостоверяющей, что эта женщина является моей собственностью, выглядел бы на ее стройной шейке совсем неплохо. Но я быстро выбросил эти глупости из головы. — Могу я поинтересоваться, как долго продлится мое наказание? — спросила Беверли. — Час или два. Я велю Лоле привести дом в порядок, после чего ты сможешь отправиться в свою комнату. До утра. — Ага, — с горечью промолвила Беверли, — я отправлюсь к себе, а малышка Лола — к тебе, лизать твои ноги. — Она будет делать, что ей прикажут. |
