92. Два типа сна. Из разговоров с Аланом я узнал, что существует два типа сна: «быстрый» сон, или сон с быстрым движением глаз (БДГ), и «медленный» сон, или сон без БДГ. Сон с БДГ парадоксален, сон без БДГ ортодоксален. Изучив мои ЭЭГ, Алан сказал, что у меня гораздо чаще нормы бывает сон с БДГ, а это, по его словам, делает меня и впрямь парадоксальной личностью.

Рассказал он мне и о стадиях сна с БДГ. Стадия первая: засыпание. Стадия вторая: сон становится глубже, ЭЭГ показывает изменения, видны скачки, комплексы К, но ты все еще восприимчив к внешним раздражителям, твоя мозговая деятельность принимает форму коротких последовательных волн. Стадия третья и четвертая погружают тебя еще глубже, бдительность ослабевает, наступает так называемый «глубокий сон». Мы считаем, сказал Алан, что эта вот фаза глубокого сна жизненно необходима для восстановления организма. А сон с БДГ нужен для восстановления мозга.

Книга преображения

«Эль-Омбре-Гуапо» был просторным баром-тапас прямо возле Кларкенуэлл-роуд, выложенным листами старательно смятой нержавеющей стали. Пол тоже был из нержавейки, а с высоких балок свисали на цепях горизонтально расположенные обломки Берлинской стены, создавая принципиально новый вид подвесного потолка. Персонал был выряжен в серые робы со множеством молний (вроде тех, что носят боевые летчики-истребители), и на полную громкость играла агрессивная, беспощадная музыка. Здесь обычно толпились молодые журналисты из широкополосных газет, пишущие для страниц моды, а также трейдеры, имевшие дело с фьючерсами и производными исками, — и Лоримеру показалось, что Торквил выбрал странное место.

Между тем Торквил уже сидел возле бара с наполовину осушенным стаканом — виски, судя по запаху у него изо рта. Он предложил Лоримеру сигарету и встретил вежливый отказ. Лоример заказал себе тройную водку с содовой, и побольше льда, — последние слова Ринтаула все еще звучали у него в голове.

— Ладно, значит, ты не куришь, — недоверчиво проговорил Торквил. — А почему? Все же курят.

— Ну, не все. Две трети людей не курят.

— Ерунда. Вся статистика о курении врет — уверяю тебя, Лоример. Во всем мире, правительства всех стран врут об этом — они просто вынуждены врать. Курение распространяется все шире, что их устраивает, хотя они и не осмеливаются это признавать. Вот они и раздувают по привычке цифры. А ты только погляди вокруг.

— Может, ты и прав, — сдался Лоример. Действительно, из полусотни людей, собравшихся в «Эль-Омбре-Гуапо», 90 % курили, а остальные 10 %, похоже, собирались закурить с минуты на минуту, шаря в карманах или сумочках в поисках сигарет.

— Как прошел день? — поинтересовался Торквил, щелкая зажигалкой. — Надеюсь, веселее, чем у меня.

— Да все по-старому.

— Что?

— Все по-старому! — Лоример повысил голос почти до крика. Из-за оглушительной музыки всем здесь приходилось кричать.

— Уверяю тебя, Лоример: если бы не деньги, я бы пулей из этой игры вылетел.

Торквил, заказав себе еще виски и тарелку крокетов, принялся быстро поглощать их, не делая попыток угостить Лоримера.

— Сегодня — никакого ужина для Торквила, — сказал он, нагнувшись поближе. — Бинни у своих мамы с папой.

— Бинни?

— Моя дорогая женушка.

— В Глостершире?

— Именно.