– Защищаться Дмитрий все же научился неплохо, – продолжил он после небольшой паузы, – и партнера прикрыть сумеет…

Ворон оборвал его слабым движением руки.

– Не о чем говорить – я заранее знал, что ничего толкового не получится, но и я иногда надеюсь на чудо, – губы Ворона скривила усмешка, – которых все‑таки не бывает – колдовство не в счет.

Небрежно кивнув, он отправил прочь моего инструктора, и через мгновение мы остались наедине. Ворон молчал, рассматривая меня, как энтомолог очередную букашку: стою ли я места в коллекции или проще спустить в унитаз.

– Мне нужен человек для доставки письма, гонец нужен, – наконец промолвил он. – Идти недалеко, но путь опасен…

Он продолжил осмотр, словно все еще надеясь открыть во мне что‑то новое.

Страх перед неизвестностью и желание вырваться из пусть добровольного, но оттого не менее осточертевшего заточения столкнулись во мне, стараясь склонить разум к одному из решений, но, вспомнив о телепатических способностях моего визави, я старательно погасил эмоции, изобразив невозмутимость, достойную Ситтинг Булла на переговорах с бледнолицыми.

– Ты не подойдешь, – вынес Ворон свой вердикт, и я понял, что зря старался. – Гонцом пойдет Айлин.

Моя невозмутимость дала трещину, но Ворон уже принял решение, и никакие возражения его не интересовали.

– Ты будешь сопровождать, – добавил он и усмехнулся, – в тебе достаточно трусости, чтобы оба остались живы. Она молода и слишком горяча и порывиста. Послужишь проти­вовесом.

Да плевать я хотел на его мотивировки, если мы с Айлин будем вместе! Я позволил себе усмехнуться в ответ.

– Выступаете с рассветом, – сообщил он и исчез, прихватив с собой любимый трон.

Воздух с мягким хлопком заполнил образовавшуюся пустоту.

* * *

К выходу нас проводил все тот же горе‑оборотень. Каменные своды полутемных коридоров носили следы давнего пожара. Кое‑где кладка обрушилась, и сквозь завалы проложили новые пути, наспех укрепив деревянными брусьями.

Когда впереди замаячило светлое пятно выхода, проводник остановился и отказался идти дальше. На прощание я ласково потрепал его по мохнатому медвежьему плечу и шагнул вслед за успевшей уйти вперед девушкой.

В сумеречном свете пасмурного утра на стенах поблескивали радужные пятна, и я машинально коснулся ближайшего. Пальцы натолкнулись на зеркальную поверхность – камень оказался оплавлен до стекловидности.

– Это район Последнего Сражения, – сказала Айлин, обернувшись и заметив мой жест, – наверху все разрушено, и, кроме нечисти, никто не рискует здесь появляться.

Я поежился, но спросил о другом:

– Почему же Ворон не отправил Мастера Странствий? Уж ему‑то в таких делах и карты в руки!

– Наверное, не хочет, чтобы его связь с теми, к кому мы идем, была заметна, – пожала плечами Айлин. – Мастера у нас наперечет, их все знают. Зато мы не привлечем особого внимания, а если нечисть сунется, то отобьемся – не зря же ты тренировался столько времени!

– Будем надеяться, – пробормотал я, выходя на открытое пространство.

Уже совсем рассвело, но низкие тучи съедали половину света. Мир вокруг был мрачен и окрашен в черно‑серые тона, напоминая кадры военной хроники: повсюду громоздились испятнанные сажей бетонные обломки; сквозь оконные проемы уцелевших стен виднелось хмурое небо; ржавые прутья арматуры нелепо изломанным кустарником вкривь и вкось выбивались из перепаханной и вздыбленной мостовой. Бывшей мостовой.

Я представил мощь бушевавших здесь энергий и рефлекторно подключил наработанную в тренировках сенсорику – развалины заметно «фонили», как в обычном, так и в магическом диапазонах.