– Есть такой бородатый анекдот, – сказал Чили. – Не слишком смешной. Но если говорить о вчерашней публике, то присутствовало много деятелей музыкального бизнеса. Их Хью пригласил. После концерта Линда сказала, что там был один тип из музыкального издательства, кинопродюсер – она забыла фамилию, – и двое людей из фирмы «Искусство» дали ей свои визитки и выразили желание побеседовать с ней. Одно выступление – и она нарасхват.

– Она сказала им о контракте с «БНБ»?

– Ну, конкретно о договоре и речи не было. Мы с ней все это обсудили и договорились на пятнадцати или двадцати процентах для меня в качестве директора и, так как все расходы понесу я, на половине прав на публикацию ее песен. Хью был занят и не успел подготовить письменный контракт. Он заделывал с агентом трехнедельные гастроли.

– Тебя это не волнует?

Элейн так произнесла эти слова, будто ее как раз это взволновало.

– Не беспокоюсь ли я, – сказал Чили, – что она может подписать контракт с кем‑нибудь еще? Нет. Сказать по правде, я об этом не слишком задумывался.

– Она на это не решится, верно? Помня, сколько ты сделал для нее.

– Не думаю, чтобы она пошла на такое ради денег, – сказал Чили. – Но бизнес есть бизнес, и как можно ручаться?

17

Срок назначили в среду.

Чили сказал Сину Расселу:

– Я буду возле торгового центра не позже половины шестого. Ты с парнями будешь дальше по улице, неподалеку от их клуба на Кресент‑Хайтс. Как только я увижу, что они выходят из ателье, я звоню, чтобы подать вам первый сигнал. Говорю: «Русские идут! Русские идут!»

Разговор этот происходил в ту же среду, утром, по телефону.

Если бы в голосе Сина прозвучали нотки понимания, Чили собирался сказать:

– Только не посчитай, что я русскую субмарину имею в виду.

Но собеседник его сказал лишь:

– Значит, это будет первым сигналом, да? После чего Чили продолжал знакомить его с планом:

– Я жду, пока из ателье выйдет последний и проследует в клуб. Я – за ним. Когда ты увидишь, как я проеду мимо, это будет значить, что все русские в клубе и можно нагрянуть.

Син спросил:

– А ты где будешь?

– Если я проеду мимо, значит, буду в машине.

– А поедешь куда?

– Не знаю. Домой, наверное.

– Я‑то тебя за знаменитого П. М. Ж. держал! А ты в кусты.

– Дело это – твоя забота, не моя. Я с этого ничего не буду иметь.

– Мы вот как собираемся сделать, – сказал Син. – Встретиться в торговом центре. Те выходят, мы едем за ними в клуб. Я в твоей машине, и мы едем впереди.

– Сколько всего машин? – осведомился Чили.

– Твоя и еще две‑три.

– В торговом центре всегда полно народу, – сказал Чили. – Толчея. И всегда трудно припарковаться. Таким количеством машин мы не сможем держаться вместе.

– Я паркуюсь там, где мне нужно, – сказал Син. – Да хоть бы и на стоянке для инвалидов. Там всегда есть место.

– Да, но стоянка эта слишком близко от фотоателье. Они нас засекут. А меня они знают.

– Слушай, друг, ты сказал это так, словно не хочешь быть со мной заодно. Понимаешь, ты мне нужен как свидетель и потерпевшая сторона, чтобы указать на того, кто украл деньги у компании. А мы будем якобы полиция, снимающая показания.

– Ну, этого они не потерпят, – сказал Чили. – Копов они не уважают.

– Да кто их уважает‑то? – сказал Син.