Кэт посмотрела на кроватку. Она не наклонилась, чтобы поцеловать малыша, не дотронулась до него — просто смотрела.

— Хэлло, Чарли, — сказала она.

Изабелла наблюдала за ней. Кэт ни разу не взглянула на Джейми, и это не сулило ничего хорошего на этот вечер. Рецепты катастроф во время вечеринок разнообразны и колоритны, и о них повествуют легенды Эдинбурга. Эти истории об испорченных званых обедах описывают то, как хозяин уснул за столом, когда подали суп; к тому же суп был так пересолен, что гости вынуждены были оставить тарелки нетронутыми; как между гостями разгорелась ссора и оскорбленная сторона отбыла; и конечно, как за столом случайно посадили рядом двух бывших супругов, которые только что со скандалом развелись. Сама она присутствовала на ланче, когда один гость спросил бодрым тоном, не возникало ли у кого-нибудь искушения совершить акт насилия. Надо сказать, что хозяйка дома, к несчастью, в минуту помрачения рассудка напала на бывшего любовника и была признана виновной в угрозе физическим насилием. Об этом было известно всем присутствующим, кроме того гостя, который задал вопрос. Неудачные замечания вызывали смущение, которое длилось минуты, а иногда даже секунды. Но сегодняшнее неловкое положение может длиться часами, если Кэт упорно отказывается смотреть на одного из гостей. Такое бывает: Изабелла слышала об одной женщине в Эдинбурге, которая уничтожила соседку, сидевшую за столом напротив, глядя сквозь нее на протяжении всего обеда. Тут требовалось определенное искусство, и этот случай демонстрирует, насколько неправильно могут быть затрачены человеческие усилия.

Но Кэт неожиданно повернулась к Джейми и сказала:

— О, да ты прекрасно выглядишь, Джейми!

Изабелла с облегчением вздохнула: значит, им не придется мучиться весь вечер. Но тут Кэт добавила:

— Определенно, кто-то содержит тебя в порядке.

Потребовалась минута-другая, чтобы осознать смысл этого высказывания. Изабелла, готовая к худшему, сразу же поняла скрытое значение: Джейми обвиняют в том, что он — мужчина-содержанка. Эта фраза была на редкость оскорбительна, но Джейми, который не был к этому готов, по-видимому, не заметил выбора слов. Но когда они направились из спальни в гостиную, он вдруг напрягся и обернулся к Изабелле. Они встретились взглядом, и она незаметно пожала ему руку, словно бы говоря: «Не обращай внимания. Будь выше».

Клодия передала бокал с вином Изабелле, затем — Джейми. Изабелла подняла свой бокал, глядя на Кэт, и та неохотно ответила тем же.

— Нам пришлось взять с собой Чарли, — сказала Изабелла. — У Грейс разыгралась мигрень. Приступы бывают у нее не часто, но…

— Чарли обычно долго спит, — заметил Джейми. — Он очень спокойный.

И Кэт, и Клодия повернулись и взглянули на Джейми, когда он заговорил. Затем Клодия обратилась к Кэт:

— У кого был тот ужасный ребенок? Они пришли на обед, а он все кричал и никак не мог уняться?

— Ах, эти, — вспомнила Кэт. — Да. Он готовился выступать в Шотландской опере, не иначе.

Джейми нахмурился:

— Уверен, в том не было их вины. Младенцев невозможно унять, когда они решат покапризничать. Разве тут можно что-то сделать?

Он взглянул на Кэт, словно ожидая ответа. Она встретилась с ним взглядом, но лишь мимолетно. Как же смотрят на того, кто когда-то нравился? Вот так, подумала Изабелла, наблюдая за Кэт: быстрые взгляды, выражающие упрек самому себе, а быть может, удивление оттого, что этот человек мог тебе нравиться. А в том случае, когда бывший любовник тебя бросил, может преобладать обида — обида оттого, что он ведет жизнь, в которой ты уже ничего не значишь. Какая пощечина! Правда, это Кэт дала отставку Джейми, а не наоборот, и вряд ли она может обижаться на то, что он нашел себе другую.