– Оружие, – продолжала она, – нужно мне для того, чтобы вспомнить.

– Как это? – поинтересовался Том. – Например.

– Например, – стала объяснять Эл. – Когда мне было десять лет, я познакомилась с замечательным, может даже лучшим из воинов. Я заявила, что тоже хочу владеть мечом. Он дал мне свой. Он оказался тяжел для меня, и я поранилась. Было очень больно. А он сказал: "Прежде чем причинять боль другим, пойми сама, что это такое". Потом он взял мои руки в свои. Он показал мне азы своего искусства. Не искусства убивать, а искусства владеть собой.

Эл показала жестом, как это было, чуть присела. Она закрыла глаза и начала двигаться. Все выглядело правдоподобно.

– Вот так это было. Он помогал мне, передавая свое учение. Я до мелочей вспомнила каждое его движение. Он пообещал, что я стану воином, когда вырасту. – Эл ткнула себя пальцем в лоб. – Сначала все происходит здесь. Если бы он знал, в какой неожиданной форме мне пригодиться его мастерство.

– Не подумал бы, что ты будешь жить сказкой.

– Совсем не сказкой. Я залезла в твой архив, там нашлось много полезного в разделах по боевым искусствам. Со всей вашей цивилизацией я забыла, каким опытом наградило меня прошлое. – Она усмехнулась

– По-моему это не совсем то, что стоит делать. Мне представить страшно, что ты пустишь в кого-то стрелу, а еще страшнее, что не промахнешься.

В тоже мгновение Эл подняла арбалет и прицелилась в Тома. Движение было таким же, какое он видел на протяжении всего их разговора. Том рефлекторно сгруппировался. Страх овладел им.

– Это твой страх, а не мой, – пояснила Эл. – Ты не понял, о чем я говорю.

Она увидела его глаза, изумленные с остатками страха. Такого она себе никогда не позволяла, но как иначе доходчиво ему объяснить, что она не собирается убивать. За каждым выстрелом стояло сосредоточение воли, контроль мыслей и эмоций, точнее их отсутствие. Она училась владеть собой одним из доступных, понятных ей способов.

– Я учусь контролировать себя и изучаю. Это трудно. Хотя, кажется, я всю жизнь только это и делаю. Я ничего о себе не знаю, все, что было со мной, иногда действительно напоминает сказку, я жила в ней как живу здесь. Оказывается, я очень многое забыла. Этот мир – всего лишь одна из реальностей, в которых я жила. Нынешняя моя жизнь немало этому способствовала. Я чуть не убила в себе живого, любопытного, искреннего человека. Я хочу вернуться к себе самой, а не быть тем, что из меня хотят сделать, только в этом случае я смогу действительно быть полезной. Тогда я сделаю, что должна и вернусь. Так было всегда. Так будет.

Том внимательно ее слушал. Испуг прошел, он уже понял, что она хотела сказать своей выходкой, но раздражение, возникшее раньше, осталось. Он очень хотел ее понять, даже обязан был в сложившейся ситуации.

– А зачем оружием махать? – снова вернулся он к своему беспокойству.

– Да пойми ты, Том, я никогда не смогу так просто пустить его в ход.

– Не уверен, – решительно возразил Том.

Она промолчала, глубоко вздохнула и положила оружие на песок, отстегнула от пояса запасной колчан. Том оценил, что в нем не меньше двух сотен тонких стрел. Арбалет был современный – заряжался автоматически из магазина.

– Эл, когда ты такая, это означает, что принято решение, которое ты очень хочешь воплотить в жизнь. Может, поделишься. Я не посторонний.

– Если ты ждешь ответа на свой недавний вопрос, то я не готова дать ответ. Время еще не пришло.

– Чего ты ждешь?

– Дальнейшего развития событий. Многое еще осталось невыяснено, поэтому запасись терпением, – спокойно пояснила она. – Впереди обследование, я к нему готовлюсь.