|
На Ырзорге Ивана чуть не съели. Одна из восемнадцатилапых мохнато‑чешуйчатых гадин с жабьим восьмиметровым рылом уже заглотнула его, предварительно обхватив липучим языком‑арканом. Но жадность сгубила тварюгу – Иванов скафандр чем‑то не пришелся ее вонючему пищеводу, и Иван был извергнут обратно вместе с содержимым омерзительной утробы. Он долго сидел на живом, дышащем камне астероида и смотрел вслед исполинской многолапой жабе, жуткому порождению необъяснимо гигантского, имеющего собственную зловонную атмосферу существа – Ырзорга, реликтового супермонстра, вылупившегося миллиарды лет назад из споры‑яйца, которое пережило Большой Взрыв. Ырзорг был посланцем в настоящее и будущее еще той Довселенной, того мира, который существовал до рождения мира этого.
Чудища взирали на Ивана тупо и вяло, свешивая из пастей лопатообразные языки. Одному, особо неповоротливому досталось – Иван огрел его по жирному боку мечом. Удар был несильным, плашмя. Но чудище заверещало пискляво, по‑кроличьи, словно с него сдирали его поганую панцирную шкуру вместе со слоем жира, метнулось в сторону, наткнулось на еще более жирную тварь – и визги обеих слились в истошном и безутешном вое‑плаче. – Цьщ! – свирепо и вместе с тем дурашливо крикнул Иван. И потер рукой лоб, В голове стоял гул, будто прибой рокотал со всех сторон и шумел в листве ветер. Но ни листвы, ни воды не было. Иван не сразу понял, что случилось. Он насилу разобрал отдельные мыслеобразы, нахлынувшие в мозг. И застыл на месте. «Чужой!», «Это не зург! Нет!!!», «Чужой! Он совсем не умеет себя вести, он не знает ничего! Он ломится вперед по Священному ковру!», «Опасность! Надо вызывать зургов!», «Чужой! Чужой!!!» – все это и еще многое другое, почти не разбираемое, ударило в голову, заполнило ее чужим напряжением, чужим страхом... Чудища были разумны. Этого Иван не ожидал. Самообладание вернулось мгновенно. Иван замер с поднятой вверх рукой. – Я пришел сюда с миром! – проговорил он тихо. – Я не потревожу вашего покоя и не причиню зла. Я иду к зургам. Говорил он это больше для самого себя, отчетливо понимая, что слова землянина здесь не будут поняты, но его мыслеграммы, несущие общедоступные во всей Вселенной образы, будут восприняты этими умненькими чудищами‑телепатами. «Он лжет! Не верьте ему! – резануло в мозгу. – Он посмел оскорбить почтенного Ооула. он ударил его! Это страшный чужак! Он только похож на зурга. Но он не зург!» – Я допустил оплошность! ~ проговорил Иван виновато. – Я прошу простить меня и выслушать. – Он никак не мог поверить, что эти твари с бессмысленными глазенками не просто разумны, но обладают настолько тонкой и чувствительной внутренней телепатической системой, что улавливают не только образы, но и понятия сложные, абстрактные. Непостижимо! Но с ними можно было общаться. И Иван не желал упускать этой возможности. – Я весь в вашей власти, смотрите! Он сначала уселся на кроваво‑красную мшистую поверхность, потом лег на спину и прикрыл глаза. Меч он отбросил от себя метра на три. В мозг стучало в основном одно: «Чужой! Чужой!! Чужой!!!» Одно из ближних чудищ подошло к Ивану, склонило над ним нелепую мерзкую морду. Капли слюны, стекавшие с бледного языка, намочили рубаху на груди. От зловонного дыхания монстра свербило в носу. Но Иван лежал. Лежал и вслушивался в мысли обитателей этого странного мира под ослепительным солнцем. Страх и настороженность потихоньку гасли. – Кто ты? – прозвучало почти членораздельно. Ивану показалось, что он слышит вопрос ушами. Но это было не так. – Я разумный житель планеты Земля, – ответил Иван, даже не делая попытки скрыть что‑либо, выдать себя за какого‑то «зурга», на которого он якобы похож. |
