— Спасибо, Соловей, за поддержку, только я «косяк» запорол, мне и на правилке ответ держать, — мрачно поблагодарил Анатолий одесского пахана.

— Тоже мне, «косяк» нашел! — возразил Соловьев. — Так масть легла, твоей вины здесь нет.

— Давай трубку, — Сопко протянул руку, поднес телефон к уху и, услышав голос Крытого, сказал:

— Коля, это я. Лажа вышла, мой бок…

Во второй раз за вечер Лысый рассказывал о происшедшем, он старательно подбирал слова, пытаясь зашифровать текст:

–..гости обожрались, и все пьяные. Что делать?

В динамике зависла пауза, после чего Кроменский произнес:

— Домой езжай, — и повесил трубку.

Глава 9

Все было бы прекрасно, если бы не одно обстоятельство: как выяснилось, процесс нанесения татуировок — достаточно болезненный: будто бы тысячи ненасытных злых ос впиваются в тело жертвы.

Самид понял это сразу — как только Император взял в руки иголки и тушь.

— Ой, не так сильно! — взмолился Самид, когда первая игла вонзилась в его тело.

Пидар отпрянул — он не ожидал, что его клиент так бурно отреагирует на боль. Даже он, Император Пантелей Звездинский, не кричал так отчаянно, когда на зоне в Пермской области его насильно татуировали очень специфическими наколками.

— Мы ведь договорились, — «петух» принялся увещевать азербайджанца, потому как деньги за выполненную работу ему были обещаны после операции.

— Больно же… — тихо стонал Мирзоев.

— Терпи, брателло, перетерпишь — будешь самым настоящим вором в законе, — возразил Кольщик, обмакивая иголку в тушь.

— А долго еще?

— Да ведь я только-только по трафарету купола рисовать начал, — весело откликнулся Император.

Мирзоев сжал зубы, чтобы не закричать, но это не помогло — слезы брызнули из его глаз.

Стоявший рядом Тахир молча извлек из кармана надушенный носовой платок и вытер им раскрасневшееся лицо патрона.

Терпеть, к сожалению, пришлось долго: Звездинский начал с самого тяжелого и ответственного — с церковных куполов: они, как известно, являются «фирменным» знаком отличия настоящего вора.

Затем перешел к бубновому королю.

— Может, не надо? — еще раз осторожно поинтересовался он, понимая, сколь нелепо будут смотреться на спине Мирзы изображения знака воров и знака пидаров.

— Надо, — всхлипнул Мирзоев.

— Точно?

— Но ведь это блатная наколка? Уважаемая? — осведомился Самид, постанывая.

— Еще какая!

— Давай…

— А ты не будешь кричать?

— Постараюсь…

— Молодец, пацан, быть тебе вором, — похвалил его пидар. — Ну, держись…

Татуирование продолжалось более трех часов — Император все-таки жалел клиента: то и дело давал ему передохнуть.

Наконец, когда все было закончено и свежетатуированный Самид, закурив, уселся в кресло (при этом он старался не прикасаться голой спиной к обивке, чтобы не вызвать болезненных ощущений), вконец обнаглевший пидар подошел к клиенту поближе.

— А я тебя еще кой-чему могу научить… — загадочно произнес он.

Мирза взглянул на него исподлобья.

— Чему?

— Хочешь — «пальцовке» научу?

— А что это?

— Ну, без «пальцовки», браток, никакой ты не вор… Надо учиться.