– В курсе.

– Опять же денежку оставляют на том месте, куда хотят вернуться. Есть такой обычай. Тянет денежка хозяина назад. А если ту монету кто чужой подберет, то…

– Знаю, – перебил я ведьму. – Горе‑злосчастье на него перекинется.

– А что гадалки с выпрошенной монетки подноготную клиента считывают, тоже, наверное, знаешь?

– Да, Иридочка Витальевна, про это знаю.

– Ну что еще? – Ведьма задумалась. Помолчав, сказала: – Неразменный Рубль, пожалуй, можно вспомнить. Только это все же немного другое. Неразменный Рубль – сам себе ритуал.

– Это точно, – согласился я. – В руках не держал, но знаю, как разжиться. Если ничего не путаю, нужно в рождественскую ночь взять черную кошку и пойти на перекресток четырех дорог, из которых одна ведет на кладбище…

– Так‑так, – подхватила ведьма. – В полночь на тот перекресток придет черный покупатель и станет торговать черную кошку, а расплатится Неразменным Рублем.

– Надо как‑нибудь попробовать, – сказал я, чтоб что‑то сказать, и стал заканчивать бесполезный разговор: – Ну что ж, Иридочка Витальевна, спасибо вам. Извините, что побеспокоил.

Сконфуженная ведьма стала извиняться:

– Это ты прости меня, Егорушка мой милый, что толком помочь не могу.

Я ее успокоил:

– Ничего страшного, Иридочка Витальевна. – И тут вспомнил про трофей, про Альбинино кольцо. – А можно еще один вопросик?

– Ну конечно же, Егорушка, дракончик мой славный.

– Тут мне от Альбины кольцо перепало. Такое, знаете, из червленого золота с топазом. На топазе гравировка в виде двух прижатых друг к другу фиговин, похожих на клюшки для гольфа. Знакомо вам, Иридочка Витальевна, это кольцо?

– Да, Егорушка, известно мне это колечко, – после небольшой паузы сказала Ирида.

– А не подскажете, что да как?

Ведьма замялась, опасаясь сболтнуть лишнего.

– Скажи, Егорушка, а как оно к тебе попало? – вкрадчивым голосом спросила она после паузы. – Альбинка тебе его что, подарила, что ли?

– Да не то чтобы подарила…

– Утащил небось, проказник?

– Да не то чтобы утащил… – Я сообразил, что так просто она цеховую тайну не выдаст, и решил зайти с другого конца: – Ай, ладно, Иридочка Витальевна, забудьте вы про это кольцо. Альбинино кольцо, у нее и спрошу. Потом как‑нибудь. Кстати, а она вас нынче вспоминала.

– Правда? – удивилась ведьма. – А как она там сама? Сто лет ее не видела. Процветает?

– Не жалуется. От клиентов отбоя нет.

Ведьма от злости скрипнула зубами:

– А меня к чему вспоминала?

– Да так, ни к чему. Под горячую руку попал, вот и вспомнила. Буянила она чего‑то сегодня не по теме, разошлась не на шутку. – Я невольно потрогал рубцы на щеке (раны уже зажили и покрылись коркой – что значит драконья кровь!). – Меня костила по‑всякому, потом по всем знакомым с матушкой прошлась, ну и вас, Иридочка Витальевна, не забыла – окрестила шарлатанкой.

– Шарлатанкой?! – ахнула ведьма.

– Ну да, шарлатанкой, – подтвердил я. И чтобы закрепить результат, добавил: – А помимо того – дурой. – Прислушался к тишине в трубке и произвел «контрольный выстрел»: – Причем набитой.

Из ведьмы тут же поперло нутро:

– Вот сука старая! То‑то меня изжога мучит. Ай, какая же сука! Змея подколодная! Вошь рейтузная! Чувырла обозная! Попадется как‑нибудь под горячую руку – выщиплю‑то я ей все волосики и там и там.