— Алкоголь? — уточнил майор.

— Не стоит.

— Медицина?

— Без толку.

Десница молча развернулся на каблуках и выскочил в коридор, по дороге от души отоварив кулаком молочно-белую пластиковую окантовку дверного проема.

Вернулся командир на удивление быстро. Вместе с ним в рубку проник аромат выпечки и специй: с киберповаром явно удалось договориться. Поднос Дима то ли не нашел, то ли посчитал ненужным, и теперь левая рука крепко сжимала исходящую паром кружку, а на растопыренных, как у заправского официанта, пальцах правой прочно стояла тарелка со слойками.

— Держи. С джемом, как заказывала. В чай я кое-чего добавил… хороший агрегат ты присмотрела на Волге, понятливый. Осторожно, не обожгись.

Агата пристроила тарелку на выдвинувшийся из подлокотника кресла столик, обхватила кружку ладонями и с удовольствием принюхалась. Пахло корицей, гвоздикой, кардамоном и, кажется, душистым перцем. Идеальное сочетание для согревающего напитка, молодец, командир, соображает.

Некоторое время в рубке было тихо. Платина забавлялся с демонстрирующим окружающее пространство экраном, то приближая изображение до такой степени, что причудливые рыбы становились огромными, то удаляя его и любуясь панорамой. Полюбоваться действительно было чем. Разумеется, на такой глубине было почти темно, но инфравизор в теплой воде работал вполне надежно. Что ж… Красиво здесь. Очень красиво. И совершенно не похоже на моря Заката.

Деснице было не до подводных красот. Ему с огромным трудом удавалось молчать, дожидаясь, пока Агата насытится. Что-то подсказывало ему, что начни он задавать вопросы прямо сейчас, она сразу же перестанет жевать, забудет про чай и будет максимально обстоятельна. Однако подобное поведение было бы с его стороны форменным свинством. Поэтому майор просто сидел, напряженно выпрямившись в кресле, и краем глаза наблюдал за тем, как девушка ест. В какой-то из прочитанных в юности книг ему попалось выражение «аккуратная жадность», и он только посмеялся тогда — как жадность может быть аккуратной? Однако выяснилось, что автор, чье имя давно стерлось из памяти Димы, дал определение на редкость точное. Именно так Агата и поглощала сейчас пирожки — с аккуратной жадностью, и, несмотря на то что ситуация в целом не располагала к хорошему настроению, Десница слегка улыбнулся.

Наконец Агата, порозовевшая и расслабившаяся, отставила тарелку, сделала еще несколько глотков из кружки и повернулась к мужчинам.

— Ну вот, теперь я хоть на человека похожа. Да?

— Угу, — фыркнул Платина, — во всяком случае больше на человека, чем на ходячую смерть.

Агата коротко ощерилась, давая понять Варфоломею, что его замечание неуместно, потом поймала взгляд Димы и кивнула.

— Что с Юлией? — повторил майор свой вопрос.

— Ничего хорошего, — вздохнула девушка. — Попали в нее стрелкой, но не такой, как в тебя тогда, на Волге. Она мягче, и, судя по тому, каких дел натворила, центр тяжести смещен.

— А конкретнее?

— Прошла между седьмым и восьмым ребрами. Вращаясь. Левое легкое — в кашу. Сердце не задела просто чудом, повезло, иначе ты бы труп притаранил. Потом наткнулась на пятое ребро сзади, развернулась, прогулялась по кишечнику, отъела кусок печени и застряла в мышцах брюшины. Хреново, в общем. Капсула-капсулой, но тут надо легкое менять. И часть кишечника. Я не хирург, командир, заморозить могу, а вот вылечить… Но для толкового стационара работа не слишком сложная, тем более что позвоночник цел. Опять же времени с момента ранения прошло совсем мало, это ты молодец.