В Столбовом зале желтоватые и розовые блики мерцали на телах сталактитов, создавая причудливые тени. На первый взгляд казалось, что вокруг столпились чьи‑то тени. Спрыгнув с рук оборотня, Агрик с воплем радости бросился к одному до боли знакомому силуэту — и отпрянул, не скрывая разочарования при виде обычного соляного столба.

Оборотень внимательно прищурился на сталактит, так привлекший отрока и, подойдя, вдруг с размаху рубанул его мечом. Тишину пещеры расколол высокий многоголосый звон. По столбу пошли трещины, его полупрозрачная поверхность затуманилась, подернулась дымкой. После второго удара он покачнулся и рухнул на землю, разлетевшись на сотни осколков. Внутри обнаружился изъеденный солью скелет в останках одежды.

Агрик закричал, зажимая себе рот руками, и рухнул перед ним на колени. Лицо его исказили ужас и боль.

— Нет! Нет! — простонал он. — Только не ты…

Оборотень через плечо обернулся на Падуба. В глазах полузверя волной поднималась ненависть. Казалось, он начал расти.

— Сюда издавна свозили тела казненных преступников, — торопясь оправдаться, заговорил пекленец. — Здесь их множество. Это наверняка один из них — чтобы соль так обработала останки, необходимо лет десять, не меньше. А Сварожич находится здесь от силы месяцев пять.

— Ты уверен в этом? — прорычал оборотень.

— Я бы ни за что не повел вас сюда, если бы думал, что его уже нельзя спасти! — воскликнул Падуб. — Ведь я должен искупить свою вину перед ним!

— Тогда живо показывай, где он!

Падуб оглянулся по сторонам, светя факелом.

— Если это тот самый зал, то отыскать его будет гораздо легче, — словно советуясь сам с собой, заговорил он. — Я не уверен, но… Вы должны меня понять, — быстро добавил он, поскольку оборотень двинулся на него, занося меч для удара, — я ведь не знал, кто он, и не рассчитывал сюда возвращаться! Но есть примета, которая должна нам помочь! Неподалеку от того места, где он замурован, я… убил четверых рабов по приказу Марены. Должны остаться следы крови. Конечно, прошло много времени, но если ты… У оборотней очень чуткий нюх…

— Понял, — отрезал старый оборотень. — Стойте здесь!

Одним движением забросив меч за спину, он пригнулся и пошел меж сталактитов. Падуб и Агрик последовали за ним.

Следопыт стал приближаться к противоположному краю зала. Здесь столбы стояли уже не так часто, но зато было много наваленных в беспорядке камней.. Многие глыбы имели почему‑то явно узнаваемые человеческие очертания, что затрудняло поиск.

— Где‑то здесь, — подал голос Падуб. — Вроде вход был рядом.

— Это ясно и без тебя, — ворчливо отозвался оборотень и чихнул, лапой вытирая белую от пыли морду. — Запах крови!

Он указал на пол у своих ног — сквозь слой пыли, значительно истончившейся после его чиха, на камне проступили бурые пятна.

— Да, она. — Падуб внимательно огляделся, прикидывая. — А вон там — он!

Агрик рванулся, но застыл на месте, опасаясь сделать хоть движение — только что он нелепо и страшно обманулся, — не хотелось повторить ошибки.

Оборотень подошел к бесформенной глыбе, основание которой было обложено валунами. Грязно–серый налет, покрывавший глыбу, делал ее почти не отличимой от остальных.