— Говорят, ты был слугой сэра Эйбела. А когда сэр Эйбел посвятил сэра Свона в рыцари, он сделал тебя оруженосцем сэра Свона. Сэр Эйбел не похож на обычных людей.

Тауг согласился.

— В тебе тоже есть что-то особенное.

Волна гордости захлестнула душу Тауга.

— Я выше тебя по положению. Если ты не признаешь мое старшинство, мы можем выяснить отношения прямо сейчас.

— Ты стал оруженосцем раньше меня, — согласился Тауг.

— То существо в углу. Иногда оно походило на женщину. Что это было?

— Призрак, наверное.

— Чей?

— Не знаю.

— Мы, люди знатного происхождения, сражаемся мечом. — Голос Вистана звучал холодно. — И даем другим возможность обнажить меч. Обнажи свой.

— Я не хочу драться, — заявил Тауг, — и, уж конечно, не хочу убивать тебя.

— Трус! — Рука Вистана лежала на эфесе.

Тауг отступил на шаг и прижался спиной к холодной каменной стене.

— Я сдаюсь.

— Если бы ты принял вызов, я бы одержал верх! — Вистан задыхался от ярости.

— Я знаю, — сказал Тауг. — Я сдаюсь.

— Ты сражался с ангридами.

— Ты тоже, — кивнул Тауг. — Я и это знаю.

— Но не хочешь сразиться со мной?

— Нет. — Тауг помотал головой. — Возможно, нам обоим скоро придется сражаться с великанами. Я прошу не забирать у меня оружие. Клянусь, я не использую его недостойным образом.

Вистан торжествующе ухмыльнулся:

— Отдай мне свое оружие.

Тауг кивнул и расстегнул перевязь.

Вистан протянул руку, ухмыляясь еще шире.

— Это не меч, — сказал Тауг. — А палица. По имени Мечедробитель. — Он немного помолчал, поглаживая эфес. — Я отдам тебе Мечедробитель, но сначала хочу сказать одну вещь. Когда мы с сэром Эйбелом были мальчишками, я и еще один парень пытались ограбить его. Он поколотил нас и отнял у нас наше оружие.

— Ты врешь! Сэр Эйбел гораздо старше тебя!

— Сейчас — да, — кивнул Тауг, — и когда мы с ним встретились позже, он меня не вспомнил. А если и вспомнил, то ничего не сказал.

Вистан не стал кивать.

— Раньше Мечедробитель принадлежал сэру Эйбелу, — добавил Тауг, протягивая палицу Вистану. — Потом он отдал Мечедробитель мне. Я сказал, что не заслуживаю такого подарка, но не объяснил почему. Возможно, именно поэтому я теряю его таким образом.

Вистан внимательно разглядывал палицу.

— Надеюсь, ты позаботишься о нем. Он действительно раньше принадлежал сэру Эйбелу.

— Там, в подвале, водохранилище, — сказал Вистан. — Говорят, оно такое глубокое, что никогда еще не наполнялось доверху. Я намерен бросить твою палицу туда при первой же возможности.

Тауг смотрел Вистану в спину, покуда тот не скрылся из виду.

Таугу не позволили войти в королевскую опочивальню, но он так яростно пререкался со стоявшим на страже великаном, что Свон услышал и приказал впустить его.

Явившееся взору зрелище потрясало воображение — комната, превосходящая размером самый большой амбар в Гленнидаме и богатством убранства напоминающая ларец с драгоценностями: огромная позолоченная кровать выше Таугова роста, на которой лежал мертвенно-бледный король, обложенный шелковыми подушками величиной с матрас; расшитые золотом занавеси из алого бархата (столько ткани, и такой богатой, Тауг в жизни не видел), раздвинутые и притянутые к столбам балдахина толстыми золотыми цепями; Шилдстар (свирепый, как волк, грязный, как бродячий пес, и своими размерами втрое превосходящий самого высокого и могучего мужчину, какого только можно представить), склонившийся над постелью с заботливым видом, приличествующим лучшей из сиделок; Тиази, сдержанный и настороженный, с непроницаемым лицом человека, посвященного во многие тайны; исполненные решимости рыцари и толпящиеся поодаль рабы, вытягивающие шеи и напрягающие слух.