— Засов. — Тауг взял кинжал, прежде принадлежавший ангриду-кузнецу, и смерил его недовольным взглядом. Как он потащит меч длиной со стрекало для волов? — Через минуту его там не будет. Я ухожу, а для тебя он слишком тяжелый.

— Подождите. Я соберусь в два счета.

— Ты не идешь. Лорд Тиази и лорд Бил сказали: сэр Свон и я. И больше никто.

— Хотите, я покажу вам, как носить большой нож хозяина?

— Да тебе-то откуда знать? — Тауг поставил огромный кинжал стоймя на пол, прислонив к кровати.

— Просто я смышленая. Смотрите.

Прежде чем он успел остановить Этелу, она вытащила из ножен его собственный кинжал и нырнула под одно из громадных кресел.

— Что ты там делаешь? Не режь там ничего!

— Уже отрезала. Он страшно острый.

— Знаю, сам точил. Поосторожнее с ним.

— Похоже, кожа не новая. Она довольно мягкая. — Этела вылезла из-под кресла, размахивая зажатой в руке узкой полоской толстой кожи. — Теперь сядьте на пол, чтобы я могла все сделать.

— Что — сделать?

— Прикрепить ваш меч. Вы увидите. Садитесь же!

Тауг неохотно подчинился.

— У меня мало времени. Сэр Свон, вероятно, уже ждет меня.

— Мы больше времени потратили на разговоры.

Стоящая у него за спиной Этела потянула за пряжку на наплечном ремне.

— Видите, эта штуковина у вас для того, чтобы делать лямку длиннее или короче, а у меча вот здесь кольцо, за которое хозяин привязывал его к поясу. Вы перерезали ремешок, помните?

— Конечно, — сказал Тауг.

— Так вот, под сиденьем у этих кресел натянуты широкие ремни, которые держат подушки. Я отрезала полосу от одного и теперь привязываю меч к пряжке.

— Ты умеешь завязывать крепкие узлы, Этела?

— Я умею вязать крючком!

Пыхтя от напряжения, она затянула узел.

— Теперь вставайте.

Он встал, и маленькие ручки произвели окончательную подгонку.

— Видите? Он висит у вас на спине немного наискось, чтобы рукоятка находилась не за головой, а над плечом. Возьмитесь за нее.

Тауг нашарил длинную костяную рукоятку, которую он собирался обточить, и потянул меч вверх вместе с ножнами, мгновение спустя соскользнувшими с клинка и повисшими у него на спине.

— Он тяжеленный, правда?

Получасом позже, когда они со Своном заканчивали седлать лошадей, Тауг вспомнил вопрос Этелы и свой ответ, далекий от правды.

— Сэр Свон?

Свои, затягивавший подпругу, на мгновение отвлекся:

— Что?

— Я хотел спросить, сколько времени вам потребовалось, чтобы привыкнуть носить кольчугу.

— Я и не привык.

Свон вскочил в седло с такой легкостью, словно кольчуга, шлем и меч не весили ровным счетом ничего.

— Не привыкли?

— Пока — нет. Я постоянно чувствую тяжесть кольчуги и всегда испытываю облегчение, когда ее снимаю. Спроси у сэра Гарваона. — Свон немного помолчал. — Но я и надеваю ее с радостью. Ты боишься, что не заберешься на коня со своим боевым мечом? Приторочь его к луке седла, рядом со щитом. Многие так делают.

Тауг уже поставил левую ногу в стремя; крепко взявшись за луку седла, он вскочил на коня со всем своим оружием.

— Не такая страшная тяжесть, как ты предполагал, верно?

Тауг кивнул.

Свон причмокнул губами и отпустил поводья. Мунрайз легкой рысью выбежал в пустынный двор, горя желанием поскорее покинуть темную конюшню.

— Ты знаешь, что гораздо тяжелее?

Тауг поспешил следом.