Он не сказал, что не станет помогать мне, коли я откажусь, но это явно подразумевалось.

— Есть великое множество вопросов, на которые я просто не могу ответить, милорд.

— На мои — можете. Поклянитесь говорить правду.

— Клянусь честью, милорд. Я скажу все, что знаю.

— Превосходно.

Он с улыбкой откинулся на спинку кресла и отправил в рот ломтик хлеба с кусочком копченой щуки. Последовав примеру хозяина, мы с Вистаном тоже принялись за еду. И хлебцы, и рыба были отменно вкусными.

— Мой первый вопрос, сэр Эйбел. Сколько раз вы посещали Эльфрис?

Я попытался вспомнить, пересчитывая случаи по пальцам.

— Кажется, пять, милорд. Нет, шесть.

Пока я считал, глаза его округлились:

— Достаточно часто, чтобы потерять счет?

— Да, милорд.

— Время там течет медленнее?

— Да, милорд.

— Вы знаете, в каком соотношении к нашему? — Увидев, что я не понял вопроса, он добавил: — Допустим, мы провели в Эльфрисе день. Там есть деление на дни?

— Разумеется, милорд.

— Сколько дней пройдет здесь к нашему возвращению?

— Не знаю, милорд. Бывает по-разному. Может, неделя. Может, год.

— Ясно. — Он задумчиво потер ладонью подбородок. — Сейчас я не стану искать объяснений, но постараюсь найти со временем. Если ваша честь позволяет вам ответить: сестра его величества известна в Эльфрисе?

— Я не располагаю точными сведениями, милорд, но мне кажется, да.

— Вы никогда не встречались с ней там?

Боюсь, я немного замялся.

— Нет, милорд.

— Не встречались?

— Нет, милорд.

— Но однажды почти встретились, мне кажется. Я прав?

— Я все еще мальчик, милорд. Всего лишь мальчик, что бы вы обо мне ни думали. А вы зрелый и мудрый мужчина.

— Расскажите мне.

Тогда я рассказал про Гренгарма, не упомянув об Этерне.

— Эльфы, о которых вы говорите, привели ее из Эльфриса?

— Так казалось, милорд. У меня нет оснований сомневаться в этом.

— И вы ее спасли? Дракон сожрал бы ее?

— Думаю, да, милорд.

— Кгхм! — Он вытер лицо мясистой рукой. — Если она после этого не друг вам, значит, она неблагодарная тварь.

— У меня нет причин считать так, милорд, и есть причины считать иначе.

— Мы разговаривали с ней вчера, милорд, — добавил Вистан, — и она пыталась помочь нам. Она… я ее боюсь. Мне неприятно говорить это, милорд, но я правда боюсь.

Улыбка тронула губы граф-маршала.

— Я тебе верю.

— Даже если она наш друг. Друг сэра Эйбела и мой друг, поскольку он мой господин. Будь она нашим врагом, я бы помирал со страху.

— Я не могу винить тебя, оруженосец. Нам следует дорожить ее расположением, всем троим. Наш король любит свою сестру и боится ее, что уже является достаточно веским основанием для этого. — Граф-маршал снова повернулся ко мне. — Значит, вы не знаете, какое именно послание вы принесли, сэр Эйбел?

— Как я говорил вам, милорд.

— Да, вы говорили — и сочли неблагоразумным открыть личность отправителя. Ответьте мне на следующий вопрос и еще на два — и я удовлетворюсь на сегодня. Вы поклялись хранить тайну в данном пункте?

— Нет, милорд.