— Ах ты глупец! — прошипел Невин.

— Я не мог заснуть. Вышел глотнуть свежего воздуха.

— Пойдем-ка со мной, парень.

Невин отвел Родри в свою комнату, расположенную несколькими этажами выше женских апартаментов, и втолкнул в дверь. Родри опустился на стул и смотрел в пустоту затуманенным взглядом.

— Боги, как ты узнал, что я был у Джилл?

— А ты как думаешь, глупец!

Родри вскрикнул и отпрянул.

— Я не собираюсь жечь тебя в колдовском пламени ли что-нибудь в этом роде, — резко произнес Невин. — Хотя мог бы. Все, что мне нужно от тебя, — это чтобы ты подумал как следует. Ты не сможешь держать свои ночные свидания в секрете. Как говорится, прекрасные одежды не скроют большого живота. Что Каллин тогда сделает, скажи на милость?

— Ничего. Мы говорили с ним об этом. И он дал мне понять, что Джилл будет моей, пока я буду обеспечивать ее, как того заслуживает любовница знатного лорда.

Невин ощутил себя человеком, который размашистым жестом выхватил меч и только тогда обнаружил, что держит в руке одну лишь рукоять.

— Это правда. Я тоже не мог поверить своим ушам, — Родри недоуменно взглянул на старика. — Но он так и сказал. Я клянусь тебе, что всегда буду хорошо содержать ее. Боже мой, Невин, неужели ты не можешь понять, как сильно я люблю ее? Ты тоже был когда-то молодым. Неужели ты никогда не любил?

Невин оставался безмолвным: по злой иронии судьбы он любил, и ту же самую женщину. Без всяких церемоний Невин вытолкнул наследника тирина из своей комнаты и закрыл за ним дверь. Он сел на стул, машинально поглаживая пальцами неровный край деревянного стола. Появился серый гном. Он улыбался и кланялся.

— Прости меня, мой друг, — сказал Невин. — Ты должен смириться с этим так же, как смирюсь я.

Гном свистнул и исчез. Невин был очень удручен. Она ушла от него в этой жизни, так же как уходила во многих других. Он был почти уверен в этом. Забавы и интриги большого двора заполнят ее ум и время; дремлющие способности, связывающие ее с двеомером исчезнут. Жена Родри должна будет признать его любовницу, но она неизбежно возненавидит Джилл.. Борьба станет явной, когда Джилл родит пару бастардов и Родри будет все делать для того, чтобы они заняли приличное положение. Родри, конечно, будет любить детей Джилл, что только распалит ненависть его жены. Все это не оставит места для двеомера.

Первым желанием Невина было оставить крепость этой же ночью и уехать куда-нибудь подальше. Но Джилл нуждалась в нем. И тут Невин почувствовал, как горячая волна заливает его сознание… он даже не понял, что с ним произошло.

Впервые за сто лет Невин разрыдался.

Когда писец прочитал это письмо раздраженным подданным, они одобрили его.

— Я сочувствую вам, господа, — сказала им Ловиан. — Посмотрим, смогут ли слова матери побудить гвербрета к действию.

Ловиан оставила их обсуждать письмо и поднялась в женский зал. Еще ребенком она играла там под присмотром матери, и хорошо знакомая комната служила ей убежищем в минуты тревоги. Она застала там Даниан, которая терпеливо пыталась помочь Джилл освоить премудрости шитья.

— Принести вашей милости немного вина? — предложила девушка.

— Все, что угодно, лишь бы не заниматься этим проклятым шитьем? — сказала Ловиан, улыбаясь. — Ты можешь отложить его, если хочешь, Джилл, но я, правда, ничего сейчас не хочу.