Про тещу Анна Матвеевна и спрашивать не стала – что этой толстой кобыле сделается, еще сто лет проживет.

– Андрея-то видишь?

– Да так, встречаемся... в проходной, – Алексей как-то криво усмехнулся. – На заводе у нас дороги разные – он ведь большим начальником стал, а я что... работяга. Недавно он так по-братски подкузьмил меня, что я без премии остался.

– Как же это?

– Да так... Делали мы кое-что для его установки, ну, и случайно брачок вышел. С кем не бывает. Я и говорю ему – давай без шума исправим, а он – ни в какую, отослал обратно. Говорит, в ОТК уже акт составили. Вот братец-то у меня какой... идейный.

– Значит, так до сих пор и грызетесь?

– Да какая там грызня... Мы ведь и не разговариваем вовсе.

– A c женой его?

– И с женой разговор короткий – здравствуй да прощай. Да я и видел-то ее всего раза три.

– Да... – только и сказала Анна Матвеевна.

Помолчали.

– Сюда-то надолго?

– На два дня, к вам в деревню съезжу, помогу кой в чем. Больше-то не могу, времени нет. Это я уж отгулы использую.

– И на том спасибо. Варвару видел?

– Заходил перед отъездом, да не застал. Надька поклоны шлет, передала там что-то.

– К матери-то заглянешь?

Алексей нахмурился.

– Будет время – заеду.

– Невелико время-то для этого нужно, – жестко сказала Анна Матвеевна. – Найдешь. Все-таки мать она тебе. Как дом отсуживать – так времени много было, каждую неделю ездил, а как кончилось – и времени нет.

– А ты не упрекай меня за это, – с болью сказал Алексей. – Мне этот дом уже в печенках сидит, и заходить в него неохота. Знал бы, что так выйдет, – за километр обходил бы.

– А не говорили тебе – не лезь, не марай себя, не страми отца?

Опустил Алексей голову, промолчал.

– Аль неладно с женой живешь? – спросила Анна Матвеевна.

– Всяко бывает, – неохотно сказал Алексей.

– Второго-то заводить не собираетесь?

– Куда уж там.

Что-то в его тоне насторожило Анну Матвеевну.

– Никак, опять расходиться собрался?

Было уже такое у Алексея – уходил на три месяца к какой-то шалаве, да потом вернулся – тоска по сыну заела. Да, видать, и дома стало жалко.

– Да нет, не то, – ответил Алексей, и Анна Матвеевна не стала больше допытываться, знала – если припрет, сам все расскажет.

Алексей посидел еще немного и собрался ехать.

– Хочу засветло до вас добраться, поделать кое-что. На обратном пути подольше посижу.

– Ты уж не пей там, воздержись, – попросила на прощанье Анна Матвеевна.

– Рюмочку-то можно, – усмехнулся Алексей и ушел.

Через два дня он приехал уже под вечер, вместе с Михаилом Федоровичем, оба были чуть выпивши – это она сразу определила, – и Анна Матвеевна забеспокоилась – как же Алексей до Уфы-то доедет, ведь больше ста километров? Налетит еще на кого-нибудь. И далась ему эта машина...

Алексей сидел недолго, все на часы поглядывал, потом стал прощаться.

– Что ж, так к матери и не заедешь? – с упреком спросила Анна Матвеевна.

– Не заеду, – твердо сказал Алексей. – И времени нет – мне же завтра на работу, а сейчас уже вечер... Да и охоты ее слезы видеть никакой нету. Да и слезы-то у нее... так, из воды, наверно, и не соленые, – жестко добавил он и поднялся.