– Ну, знаете ли!

Патрисии было досадно, что инспектор ее раскусил. Конечно, признавалась она себе, в значительной мере он был прав. Но в то же время ей действительно было жаль застенчивую санитарку, к которой, похоже, никто и никогда не проявлял искреннего участия. Пока она подыскивала достойный ответ («Ну, знаете ли!» прозвучало не слишком впечатляюще), Найт сказал, уже серьезно:

– Я настоятельно прошу вас немедленно отправиться домой. Пожалуйста, мисс Кроуфорд, – добавил он мягко, – сделайте мне такое одолжение.

– Я и сама уже собиралась уезжать, – недовольно сказала девушка.

– Вот и правильно, – одобрил инспектор. – Позвольте посадить вас в кэб.

– Хотите убедиться, что я действительно уеду домой?

– Вы угадали. Ради этого я бы даже сам поехал с вами, но, к сожалению, не могу.

– В этом нет необходимости, – высокомерно произнесла Патрисия. – Наш слуга ждет меня вон в той беседке.

Получилось бы гораздо эффектнее, подумала девушка, если бы при этих словах она гордо смотрела на собеседника сверху вниз. Однако это было невозможно из-за разницы в росте: ее макушка едва доставала инспектору до подбородка.

– Превосходно, я передам ему вас из рук в руки. Так мне будет спокойнее.

– Я уже и шагу не могу ступить самостоятельно?!

– Что поделать, если ваши шаги приводят вас прямиком к убийце!

– Ну, знаете ли! – сердито воскликнула девушка. («Ну вот, опять!»)

– Вспомните, вы обещали не вмешиваться в полицейское расследование.

– Я все отлично помню! И сейчас я вам не мешаю!

– Меня действительно волнует ваша безопасность, – примирительно сказал Найт, начиная терять терпение. – Однако я не в состоянии уследить за всем одновременно – может получиться так, что меня не окажется рядом, если вы вдруг попадете в беду.

– Я не собираюсь попадать в беду и не просила вас меня охранять!

Выпалив эту фразу, Патрисия испугалась и даже зажмурилась: как можно быть такой несправедливой и неблагодарной! Если бы месяц назад инспектор не оказался рядом…

После паузы – чтобы не выйти из себя, Найт мысленно досчитал до десяти – она услышала сказанные ледяным тоном слова:

– Кажется, вы торопитесь домой, мисс Кроуфорд. Не смею вас задерживать.

Девушка поняла, что суровой расплаты не будет. Она тут же перестала жмуриться и очень удачно изобразила, будто ей в глаз попала соринка. Расхрабрившись, гордо произнесла:

– А я не смею вас отвлекать.

Тут послышались приближающиеся шаги: к ним спешил Джек Финнеган.

– Чудесно! – обрадовалась Патрисия. – Вот кто меня проводит!

Найт отметил торжествующий блеск, сверкнувший в глазах репортера при этих ее словах. Он сухо попрощался и направился к крыльцу.

У входа в хирургическое отделение инспектор Найт услышал доносившиеся из коридора резкие, отрывистые возгласы. Голос, похоже, принадлежал сестре из приемного покоя, однако сейчас его едва можно было узнать – в нем звенели истерические нотки:

– Что она съела?! Что съела?! Мы все здесь едим одно и то же! Я ела то же, что и она, что и ты!

– Джудит, успокойся, нельзя же так, – увещевал другой голос, несколько испуганный. – Я только передаю тебе ее слова: наверно, съела что-то не то.

Найт вошел в коридор: невдалеке стояли сестра Барлоу (это действительно оказалась она) и сестра Лоусон. При появлении инспектора вторая шмыгнула в сторону и скрылась в ближайшей палате, а первая осталась стоять, отвернувшись к окну.