выбрасывать же — я заплатил за него деньги. Но не могу же я увезти его домой и подарить маме. Как я

 объясню, откуда взялась у меня на плече собачка? Скажу, что просто не заметил ее? Что она запрыгнула в

 последний момент? Забавно, что портрет, появившийся в результате того, что я просто сказал «да», фактически

 свидетельствует в пользу позиции: «Просто скажи "нет"».

 Больше ничего о событиях той ночи я не помню. Хотел бы вспомнить, но, увы, не могу. С того вечера Яна я

 больше не видел и вестей от него не получал. И я по-прежнему категорически против употребления влияющих

 на мозг веществ, которые запрещены законом (и даже против тех, что законом не запрещены). А о том, что

 произошло со мной, я рассказываю в надежде, что, может быть, какой-нибудь юнец, приехавший в Амстердам,

 прочтет это и ни за что не согласится позировать уличному художнику с воображаемой миниатюрной собачкой

 на плече.

 И вот мое публичное заявление. Если вы решили подсесть на наркотики и нуждаетесь в помощи, я могу

 показать вам две фотографии. На одной я запечатлен в центре Амстердама — тычу пальцем в автобус, у

 которого, я уверен, большие красивые глаза. На второй я лежу, раскинув руки, посреди дороги и пытаюсь

 поймать луну.

 Я не поместил эти фотографии в этой книге только потому, что ни одна мать не заслуживает того, чтобы

 узнать, что она вырастила ловца луны.

 Домой в Лондон я вернулся удовлетворенный тем, что — благодаря Альберту Хейджну и знакомству с миром

 «бомбы для мозгов» — моя тактика согласия преподнесла мне два жизненно важных урока.

 Третий урок — в том, что мужчины не должны выгуливать котов.

 ВЫДЕРЖКИ ИЗ ДНЕВНИКА СОГЛАСНОГО: 2

   18 июля

 На последней странице газеты «Метро», которую я нашел в лондонской подземке, я прочитал

 поразительнейший вопрос. Помещенное в рамку небольшое рекламное объявление гласило: У ТЕБЯ САМАЯ

 НЕМЕЦКАЯ ВНЕШНОСТЬ ИЗ ВСЕХ БРИТАНЦЕВ? Рекламное агентство искало британца с самой немецкой

 внешностью, которому предлагалось сняться на телевидении. Я поразмыслил несколько минут, пока ехал в

 метро. Интересно, похож ли я на немца? Я попытался вспомнить, как я выгляжу. Да, пожалуй, я мог бы сойти за

 немца. В моих очках легко можно представить любого человека, который больше похож на европейца, чем я.

 Может, я как раз тот, кто им нужен? Может, когда я войду в их редакцию, мне скажут: «Простите, сэр, но вы, очевидно, настоящий немец. Наверное, вы не так поняли текст нашей рекламы. Нам нужны только британцы,

 похожие на немцев». А я улыбнусь многозначительно, и тогда до них постепенно начнет доходить. «В самом

 деле?! — воскликнут они. — Неужели… вы… господа! Поиск прекратить! Мы нашли британца с самой

 немецкой внешностью!» Представляете, если я получу эту работу?! Посмотреть бы тогда на реакцию людей из

 Би-би-си. Интересно, что они подумают, когда я войду к ним, брошу ключи на пол и скажу: «Вот, забирайте! Я

 теперь британец с самой немецкой внешностью!» ? Наверное, некоторые девчонки попадают в обморок. Боже,

 это будет нечто! Не каждый может похвастать тем, что он британец с самой немецкой внешностью. Я оставил

 сообщение и стал ждать ответа.

   19 июля

 Я просматривал «Ист-Лондон эдвертайзер»44 и вдруг заметил красочное объявление, в котором содержался

 следующий вопрос: «ВЫ БЕЗ УМА ОТ ЖИВОТНЫХ?»

 Я стал читать это объявление.