– Он постоянно ел. Он становился все толще и толще, – услышав новости, заметил Гамбино.

В Ривердейле Сэм Мэсси и Пат подняли тост.

– За нашего ушедшего друга, – сказал Сэм и поднес к свету бокал с янтарной жидкостью. – И за нашего будущего конгрессмена.

– За это я выпью, – рассмеялся Пат.

* * *

Уинберг оказался хорошим пророком. Было самое время выставлять независимую кандидатуру. Демократы раскололись на реформаторов и на приверженцев прежнего курса. Правление Десапио было разрушено. Костелло пора было на покой, но даже он хотел помочь Пату. Лючезе также был ценным союзником – он имел политическое влияние в подполье.

Барри Голдуотер не пользовался популярностью в Нью-Йорке, как и Линдон Джонсон, но атака Голдуотера на преступность и насилие на улицах подвела избирателей к проблеме, которую Пат собирался сделать единственным пунктом своей предвыборной программы.

Новая консервативная партия набирала силу, но у них не было кандидата в округе Пата, так что он мог рассчитывать на их голоса.

Арти Уинберг считал, что Пат получит на Статен-Айленде семьдесят пять процентов голосов. Демократы выставили Джима Брайана – старого либерал-лейбориста и ирландского католика, – но избиратели отдавали большее предпочтение правому крылу и наверняка станут голосовать за консерваторов. Всего по округу было четыреста пятьдесят тысяч голосов, а из них на Статен-Айленде – триста тысяч.

Из меньшинств больше всего в округе было итальянцев, составлявших двенадцать процентов населения. Черных было только шесть процентов, еще шесть процентов китайцев и семь процентов испанцев. По два процента было поляков, ирландцев, русских и немцев, а также выходцев из Англии.

Республиканцы выдвинули Ала Картера – друга и соратника Джона Линдсея, но он вряд ли мог получить здесь много голосов.

Не считая личных денег Пата, поддержки Семьи и "добровольных" пожертвований от союзов, контролируемых Семьей в этом районе, у Пата было много средств для проведения кампании. Пат придумал название для своей независимой партии – Партия защиты граждан.

Пат пользовался политической проницательностью Уинберга, но и сам твердой рукой вел кампанию, обладая "нюхом" на избирателей округа, где он баллотировался. Поскольку в округе голосовало только сто восемьдесят тысяч человек, Пат обладал бы большими шансами по сравнению с соперниками, если бы за него проголосовали его сторонники: итальянцы в Ричмонде и Малой Италии, перепуганные старые евреи в доходных домах, пуэрториканцы – владельцы магазинов, постоянно воевавшие с черными, выходцы из Центральной Европы.

В начале года Пат стал издавать газету, финансируемую АГОНИЕЙ. Она называлась "Ситизен" и писала в основном только о преступлениях в округе, занимая непримиримую позицию по отношению к коррупции в полиции, к небрежной работе муниципалитета, к бандитским законам и особенно к деятельности негритянских банд.

Пат вызвал из Олбани Джерри Фоули, чтобы тот помогал ему издавать газету и писать речи. Фоули не любил жил в Нью-Йорке, но он много зарабатывал и этим обеспечивал свое будущее. На всякий случай, он только на время отпросился с государственной службы. Фоули был уверен, что если Рокфеллер узнает, чем он занимается, то живо вышибет его со службы.

Через союзы и Семью Пат быстро набрал штат мальчишек-газетчиков, которые еженедельно распространяли по округу стотысячный тираж. Кроме политических, газета также содержала всякие полезные материалы: модели для вязания, различные рецепты и даже колонку для садоводов.