– Теперь тебе все ясно? – Спросил я, снова надевая маску.

К моему удивлению, она направилась ко мне, подняв руку, чтобы дотронуться.

Я стукнул ее по руке прежде, чем она дотронулась до меня.

– Как ты смеешь?

Она вздрогнула от тона моего голоса.

– Ты ведь никогда меня не простишь, да?

– За что же? – Спросил я и убрал волосы с лица. – За то, что ты бросила меня в самый тяжелый момент моей жизни?

– Бретт, я тебя не бросала, – воскликнула она. – Я же здесь, я никуда не уехала. У меня была вполне нормальная реакция любого нормального человека. Любой нормальный человек отреагировал бы так же. – В ее глазах появилось лукавое выражение. – Ты думаешь, наша няня не отреагирует точно так же, если увидит тебя без маски?

Я нахмурился под маской. Ссориться с Джиллиан было глупой затеей. Она была слишком хороша в разных ссорах, вернее, она была королевой драм и ссор, поэтому я отвернулся.

– Не отворачивайся от меня, пожалуйста. Извини. Мне не следовало этого говорить. Я хочу поговорить о нас.

Я остановился и обернулся на нее. Мне нужно было решить эту проблему раз и навсегда, прежде чем удалиться из ее комнаты.

– Как я уже сказала, мне необходимо было время, чтобы все осознать... Приспособиться... Чтобы начать видеть тебя таким, каким ты был раньше.

Я рассмеялся.

– Да, твой метод адаптации состоял именно в том, чтобы начать страдать ху*ней, что тебе отлично удалось. Ты не любишь меня, Джиллиан. И никогда не любила. Ты вышла за меня замуж из за моих денег, а я женился на тебе, потому что меня попросил твой отец, ты была тогда слишком легкомысленной, и я не знал тогда, что со мной будет сейчас.

Слезы покатились у нее по щекам.

– Бретт, твои слова слишком жестоки. Я всего лишь человек... мне позволено колебаться и разочаровываться. Мне также позволено осознать свои ошибки и меняться. Почему ты меня отталкиваешь?

– Никто тебя не отталкивает, – сказал я. – Вовсе нет. Перестань трахаться на право и на лево. Попытайся снова завоевать мое сердце... если ты так хочешь.

Ее взгляд оторвался от меня, я почти готов был рассмеяться во все горло.

– Что? Слишком тяжелая для тебя задача? Или ты наконец поняла, что на самом деле хотела бы, чтобы я пресмыкался у твоих ног за те крохи о нашем сыне, которые периодически ты мне бросала?

– Ты все еще любишь меня, Бретт, – заявила она. – Вот почему ты так на меня злишься.

Я покачал головой от ее высокомерия.

– Джиллиан, мне горько оттого, что я когда то обманул себя, дав тебе ложную надежду, женившись. Теперь я стал еще более ожесточен, потому что не могу так легко избавиться от тебя, как мне бы хотелось. У меня имеется ответственность перед Закари, и в отличие от тебя я серьезно отношусь к нему и его будущему.

– Не важно, что ты думаешь, я хорошая мать для Закари.

– Ради бога, тешь себя этой мыслью. Мне нужно идти, но оставь Шарлотту в покое, иначе я возьму дело в свои руки, и уверяю, тебе это не понравится.

Я повернулся и вышел из ее комнаты.

На верхней площадке лестницы я замер. Со стороны лестницы для обслуживающего персонала в мою сторону шла Шарлотта, глядя при этом в пол. Должно быть, она направлялась на кухню. Прежде чем она успела поднять голову, заметив меня, я вспомнил слова Джиллиан – «Ты думаешь, наша няня не отреагирует точно так же, если увидит тебя без маски?» Мне хотелось инстинктивно тут же развернуться, направившись в противоположную сторону, спрятаться от Шарлотты подальше.