Открыв глаза, я упала на землю, раскинув руки в объятиях. Закари вихрем летел ко мне. За буквально совсем короткое время он превратился в самого милого ребенка, которого я так хорошо знала.

– Спасибо, – почти со слезами прошептала я ему на ухо.

– Пожалуйста, – произнес он, протягивая мне полотенце.

Он думал, что я благодарю его за полотенце, но я была благодарна за то, что он не испугался и изо всех сил старался положительно отнестись к своему отцу.

Мы вернулись в дом, и остальную часть дня он провел в уроках по расписанию. Когда наступил вечер, мы отправились ужинать, на этот раз я пригласила Закари поужинать вместе со всем обслуживающим персоналом. Должна признать, что очень нервничала по этому поводу, из за того, что в любой момент могла открыться дверь и на пороге появилась бы его мать, растеряв при этом всю свою воспитанность и любой здравый смысл, как только поймет мадам, что ее сын ужинает со слугами, точно лишиться окончательно рассудка.

Но я все же смогла успокоиться во время ужина.

Я открыла окно, хотя стало уже довольно прохладно, прислушиваясь к звукам вдалеке, не подъедет ли машина. Вместо еды «по правилам», которую так рекомендовала мадам, я предложила Закари попробовать ту же пищу, которую подавали нам. В ней не было ничего ужасного и плохого. В ближайшее время я собиралась покинуть этот замок, поэтому мне хотелось, чтобы он насладился последними моими деньками.

Это был один из лучших ужинов, который у меня был в этом замке. Мистер Бутсворт достал бутылку от друга, который сделал дома джин из крыжовника. Он оказался крепким, и миссис Блэкмор захмелела буквально от одной рюмки. Было забавно наблюдать за ней. Она начала щекотать Закари и откровенно флиртовать с мистером Бутсвуртом, в конце концов всем стало ясно, что между ними что то происходит. Мне было очень приятно наблюдать за ними.

Кэрри и Белла стали такими веселыми, какими я их никогда не видела, я рассмеялась, увидев испуганное выражение Закари, когда они по очереди стали воровать у него с тарелки, порезанную на кусочки сардельку в тесте.

Спиртное также ударило и мне в голову. Вкупе с волшебством этого дня и прекрасным чувством парения, я вернулась в свою комнату эмоционально и физически истощенная, но счастливая.

И тут обнаружила, что прямиком направилась к окну, выжидая силуэта в противоположном окне. Как долго я так простояла, надеясь увидеть его, не знаю, в конце концов разразилась гроза, послышались раскаты грома, хлынул холодный сильный дождь. Как раз в тот момент, когда я отказалась от мысли увидеть его в окне, он появился. На этот раз я точно знала, что он смотрит на меня... наблюдает... жаждет так же, как и я его.

Я положила руку на грудь, чтобы успокоить свое беспорядочно бьющееся сердце, задаваясь вопросом, появился ли он в окне в ответ на мой зов или, приняв какое то решение относительно меня. Что хорошего может из этого получиться, кроме того, что мое сердце будет разбито, когда все закончится?

Он хотел меня, но я не собиралась лелеять себя неосуществимой надеждой, что между нами было нечто большее, чем всего лишь сексуальное желание с его стороны. «Что нужно сделать, чтобы трахнуть тебя?» Нет, я не собиралась надевать розовые очки и лелеять себя надеждой, что между нами все отлично, нет, я прекрасно осознавала существующее положение вещей в этом мире. Для Джиллиан я была всего лишь няней, скорее служанкой, а он был впереди всех по своему богатству и престижу.

Может, я таким образом пыталась защититься от него – своей добротой, своим пониманием, прекрасно осознавая, что мы никогда не будем вместе, поэтому с трудом пыталась сдерживать бушующее вожделение. Я всегда давала фору другим в сто процентов, но на этот раз сто процентов не понадобятся.