- Конечно! Ведь уже тогда он был глубоким стариком.

- И он единственный? - переспросил капитан Джексон.

- Нет, конечно! - ответил Микеланджело. - У нас были друзья, много друзей. Я думаю, им не просто было забыть про это событие. Но время­ - самый хороший врачеватель. И зарубцует любую рану, будь она на теле или на душе.

- Но я все-таки думаю, что... - Леонардо запнулся на полуслове.

  Микеланджело, Донателло и Рафаэль метнули в его сторону негодующие взоры.

- Извините, пожалуйста! - уловив их настрое­ние, проговорила Лили. - Мне кажется, что я за­тронула слишком больную для вас тему, на кото­рую вам не хочется говорить. Но я кажется дога­дываюсь, о ком вы даже боитесь вспоминать.

  Черепашки молчали, потупив глаза.

- Это, наверное, Эйприл О'Нил?

- Да, это Эйприл О'Нил! - неожиданно скороговоркой проговорил Микеланджело. - Она была нашей самой верной и любимой подругой. И мы уверены, что какова бы ни была ее судьба, она со­хранила в своем сердце память о нас.

- В этом никто из нас не сомневается! - под­держал его Леонардо.

- Я, пользуясь своим служебным положением, мог бы узнать ее судьбу, - тихо проговорил капи­тан Джексон. - И если Эйприл пережила то страш­ное миротрясение, то она, скорее всего, живет в каком-нибудь тихом зеленом районе нашего горо­да, в небольшом белом коттедже. Ведь у нас люди почти не болеют, а потому - живут очень долго. Одну минутку, я сейчас сделаю запрос! - и он до­стал из своего кармана микрокомпьютер, с по­мощью которого связался с базой данных главного компьютера полицейского управления.

- Не надо! - резким движением руки остано­вил его Микеланджело.

- Но почему? - удивился капитан Джексон.

- Потому что, если она и жива, - ответил за друга Леонардо. - То сейчас Эйприл - древняя старуха...

- И эта встреча для нас была бы просто невы­носима, - завершил за него Рафаэль.

  В воздухе повисло долгое молчание.

- Ну да ладно! - первым встрепенулся Мике­ланджело. - Как бы там ни было, но даже через семьдесят лет - главным нашим врагом и врагом общества остается Шредер. Мы должны приложить все усилия, чтобы его остановить. На своем пути он сеет жертвы и разрушения. И у нас нет времени для сентиментальных вздохов. Ведь с каждым часом нашего промедления, гибнут ни в чем не повинные люди. Осознание этого для меня лично - невыносимо.

- Это очень печально! - проговорил капитан Джексон. - Но в данный момент, мы даже не можем ничего предпринять.

- Это еще почему? - удивился Рафаэль.

- Потому что Шредер вывел из строя всю систему слежения. И пока наши инженеры не починят ее, мы не сможем узнать, где он находится. А по­этому - просто вынуждены бездействовать.

- Как это мы не знаем, где он находится?­ - удивился Леонардо.

- Ведь это проще пареной репы! - согласился Донателло.

- Проще пареной репы? - удивилась Лили.­ - Извините, а что это значит? Я выучила наизусть все пословицы и поговорки конца двадцатого века. Один раз я натолкнулась в хранилище библиотеки на такой сборник, но про репу там ничего не было.

- Проще пареной репы,- объяснил ей Мике­ланджело. - Это значит проще простого.

- А, это как раз плюнуть?

- Именно так, - подтвердил Микеланджело. - Только чуть-чуть культурнее.

- Подождите, я что-то не понял, - прервал их капитан Джексон. - Вы что хотите сказать, что знаете, где сейчас находится Шредер?

- Нет, мы не знаем, - ответил Микеландже­ло. - Мы можем только предполагать.

- Хотя мы в этом абсолютно уверены, - вста­вил Леонардо.

  Лили умиленно посмотрела на черепашек.

- Я просто балдею, глядя на вас, - сказала она. - Вы настолько прекрасно понимаете друг друга, как будто у вас одни мозги на четверых.