- Надеюсь, теперь вы довольны результатами уборки? - обиженно поджала губы Лили.

  Донателло только молча кивнул, уже даже не пытаясь отирать со лба стекающие струи воды.

  Девушка приблизилась к панели и нажала ка­кую-то кнопку. Водопад мгновенно иссяк, и тут же дохнул жаркий ветер саванны. От мебели, стен и ковров стал подниматься густой пар. А после этого повеяло сосновым бором на солнцепеке: смолой и хвоей.

  Черепашки даже прикрыли глаза от удоволь­ствия, вдыхая такой аромат.

- Теперь лучше? - спросила девушка.

- Да! - ответил Донателло. - Просто класс. Браво!

  Тем временем ветер стих, жара спала. Комната приобрела первоначальный «сухой» вид.

  И лишь несчастные черепашки восседали на полу вокруг кучи мокрого тряпья, в которую преврати­лись ткани, принесенные Лили.

- Это вам в наказание! - обиженно воскликну­ла девушка. - Будете теперь носить мокрые повяз­ки! - сказала она и, гордо повернувшись, удалилась.

Глава 7. Катастрофа

  Аэрокар взмыл в воздух и помчался куда-то над крышами домов.

  В кабине стояла напряженная тишина. Лили видимо все еще обижалась.

  Микеланджело решил разрядить обстановку.

- Расскажите нам, - попросил он, - поподробнее про то ужасное миротрясение.

- Да чего тут рассказывать? - нехотя пожал плечами капитан Джексон. - Вы можете сами посмотреть.

- Как? - удивился Донателло.

- Да сейчас я вам покажу! - ответил капитан и достал из небольшой металлической коробки лазерный диск. Поставил его в узкую щель, и тут же лобовое стекло кабины превратилось в экран.

  Черепашки почувствовали, как изображение по­степенно стало затягивать их. Уже не существова­ло ни кабины аэрокара, ни освещенного ярким солнцем города, ни голубого неба вокруг.

  Из-за горизонта фиолетовым светильником вы­ползала заря. Их родной, хорошо узнаваемый го­род притих и прижался к океану.

  Но вокруг океан пошел приступом на город: огромные волны с ревом и грохотом ринулись на городские кварталы, земля раскололась гигант­ским провалом.

  Теснина зарычала, плюясь валунами. Будто иг­рушечные домики, рушились строения. Магма, столько лет искавшая путь наружу, выплеснулась раскаленным фонтаном. Вот еще в одном месте взломалась земная кора, рванулся в небо еще один язык лавы.

  Небо, затянутое стремительно несущимися ту­чами, низко надвинулось.

  Ураганный ветер, казалось, забавлялся с выво­роченными деревьями и поднятыми в воздух авто­мобилями. Людские фигурки нелепо, неуклюже цеплялись за землю, но и земля предавала, разверзаясь чудовищными провалами.

  Необычно яркие молнии раскалывали горизонт на тысячи бесформенных осколков. В воздухе носились тучи мусора. В эту минуту небо разроди­лось обильным ливневым потоком, но вода вмиг испарялась на расплавленной лаве и поднималась густым туманом.

  Кромешная тьма озарялась кое-где языками пла­мени. Горизонт вздыбился и ушел вертикально вверх. Смерть, неуправляемая смерть, без логики и снисхождения, носилась над землей.

  Океан, ворвавшись в город стеною волн, размы­вал руины. Посреди бывших улиц, проспектов и площадей бесновались огонь и вода. Огонь взби­рался на уцелевшие стены небоскребов. Дома по­меньше просто стирались с лица земли.

  Всюду вспыхивали один за другим огненные кра­теры и воронки. К ним с воем и шипением устрем­лялся океан. Волна набегала на огненную глотку. Взрывы содрогали почву.

  Измученная земля тряслась, словно пыталась встать на дыбы и вывернуться наизнанку. Каза­лось, что настал конец света. Казалось, это больше никогда не прекратится. Но, как ни странно, чудовищная буря все-таки закончилась.