Крики Тео поутихли, превратившись в хныканье, и я прижала сына к груди, накрыв его голову ладонью. Скачущий и гавкающий пес меня нервировал, но это была обычная домашняя собачонка, а не бладхаунд. Если она была способна унюхать моего мужа и золовку, то уже давно сделала бы это.

Я почти подошла к машине, когда собака перестала лаять. Я решила, что она вырвалась и убежала. Но беспокоиться мне следовало не о собаке. Потому что кое-кто следил за нами и был готов все испортить.

Глава 66. Нейтан

– Где Чарли и Винни? – выкрикнул я Марселе, идущей к машине.

– Не знаю, – ответила она, не глядя на меня, и я понял, что та врет.

Она что-то сделала, но не желала признаваться. Я уже собирался позвонить в полицию, чтобы этим занялись копы, как вдруг раздался детский голосок:

– Они пошли в сарай.

Я посмотрел на Зандера. Он указывал на сад.

– В сарай? – переспросил я.

Зандер кивнул, и я побежал.

Деревянная дверь сарая была закрыта на металлическую задвижку. Я открыл ее, шагнул внутрь и осмотрел захламленное помещение. На стенах висели грабли, мотыги, лопаты и садовые ножницы. Еще там были перевернутая тачка, несколько пустых горшков, два полных мешка цемента. Но ни следа Винни и Чарли.

– Наверное, ребенок напутал, – сказал сосед Эшли, появившийся за моей спиной.

На секунду я решил, что он прав. В сарае едва помещались мы вдвоем, Винни и Чарли здесь точно быть не могло.

Я уже собрался бежать обратно и расспросить Зандера о том, что он видел, как вдруг…

Бам! У моего уха как будто разорвалась петарда. В воздух взметнулась белая пыль, словно в мешок с цементом ударила молния.

– Что за… – пробормотал я.

Пока я стоял как истукан, в сарай влетела Эшли и показала на пол.

– Там, внизу! – выкрикнула она.

– Где внизу?

– Под мешками!

Она указала на мешки с цементом. Через секунду ее сосед схватил один мешок обеими руками.

– Помогите его оттащить!

Я шагнул к нему и взялся за мешок с другой стороны.

– Раз, два, взяли! – скомандовал мужчина, и мы дернули, а Эшли подтолкнула.

Пока мы тащили тяжелый мешок к двери, наши руки и обувь покрылись тонкой белой пылью.

– А теперь второй, – снова скомандовал он. – Раз, два, взяли!

Мы оттащили второй мешок к двери сарая и уставились на резиновый коврик с дырой размером с пулю.

– Это что… пулевое отверстие? – удивился сосед Эшли.

Но прежде чем я успел ответить, Эшли упала на колени и отдернула коврик, а под ним оказался прямоугольник, похожий на дверь.

– Погреб? – предположил я.

Из-за землетрясений в Лос-Анджелесе редко делают погреба. Но чем еще это может быть?

– Как его открыть? – спросила Эшли, ощупывая углы. Я присел рядом с ней и стал лихорадочно смахивать белую пыль, которая полетела в глаза.

– Нашел! – выкрикнул я, когда пальцы наткнулись на веревку, утопленную в углублении. – Отойдите!

Я уперся ногами в пол и дернул за ручку. Люк открылся. Сосед Эшли подхватил меня, когда я свалился назад, прямо на него. Поднимаясь, я услышал голос, от которого по всему телу прошла волна облегчения:

– Нейтан?

– Винни!

Пошатываясь, она поднялась по лестнице, все еще с револьвером в руке. Ее лицо было в слезах.

– Ох, Нейтан!

– Все хорошо, Винни?

– Чарли не дышит, – пролепетала она между всхлипами.