|
Но тут сэра Самсона поджидало разочарование. Дело в том, что коммерческий атташе американского посольства в свободное от работы время подвизался в качестве торгового агента по продаже тракторов, сельскохозяйственной техники и паровых котлов. По его совету, каторжников с дороги убрали, и императрица вместе со своими приближенными остановила выбор на паровом катке. Она всегда питала слабость к иллюстрированным каталогам и после многодневных консультаций со специалистами выписала себе из Америки молотилку, сенокосилку и механическую пилу. Что же касается парового катка, то она никак не могла выбрать нужную модель; митрополит, которому американский атташе предложил делить выручку пополам, рекомендовал великолепный каток под названием "Монарх Пенсильвании", а принц-консорт, который платил за подобное расточительство из собственного кармана, возглавлял группу лиц, высказывавшихся в пользу "Лилипута из Кентукки" -- модели более скромной. Тем временем приглашенные на обед в британское посольство были по-прежнему вынуждены ехать из города верхом на мулах, в сопровождении вооруженного охранника и мальчика с фонарем. Когда же все решили, что выбор между "монархом" и "лилипутом" будет наконец сделан, императрица внезапно скончалась, а начавшаяся сразу после ее смерти гражданская война развеяла всякую надежду на скорое улучшение дел в дорожном строительстве. Неполномочный держался стойко, но в глубине души очень переживал неудачу. Он отдал ремонту дороги слишком много сил, принимал все происходившее близко к сердцу, а потому испытывал теперь обиду и разочарование. Груда камней на обочине служила ему постоянным укором, это был памятник его единственному -- и неудачному -- опыту государственной деятельности. В результате обитатели посольского городка были вынуждены вести замкнутое и размеренное существование. Леди Кортни посвятила себя садоводству. Из Лондона с каждой посылкой ей начали приходить мешки с семенами и вырезки из журналов -- и вскоре вокруг здания посольства разросся роскошный английский сад с сиренью и лавандой, бирючиной и самшитом, садовыми дорожками и крокетными лужайками, декоративными каменными горками и диким кустарником, цветочным бордюром, увитыми вьющейся розой беседками, водяными лилиями и лабиринтами еще не хоженых тропок. Уильям Бленд, почетный атташе, был холост и жил в одном доме с семейством Кортни. Остальные сотрудники британской миссии имели семьи и жили отдельно. У второго секретаря была собственная площадка для часового гольфа, у консула -- два теннисных корта. Второй секретарь и консул были на "ты", ни на минуту не расставались, слоняясь из одного дома в другой, и были посвящены в мельчайшие подробности семейной жизни друг друга. |
